По опыту она знает, что когда дети готовы говорить, они сами приходят, а лезть в душу не стоит. Вот и Маша молча открыла шкафчик — в Наташиной пижаме она выглядела юной, беззащитной и печальной — и ангельски красивой, и Диана подумала, что если Генку это зрелище не проняло до самых печенок, то на современных молодых мужчинах смело можно ставить крест.
Зазвонил телефон — в тесном пространстве ванной голос из динамика прозвучал особенно отчетливо.
— Дина, я не могу дозвониться ни Дмитрию, ни Стасу. — Юлия пребывала в крайне дурном расположении духа.
— Что происходит?
— Ничего. — Диана даже не пыталась прикрыть рукой динамик. — Видимо, они работают.
— Если увидишь Дмитрия, то передай, чтобы он мне перезвонил.
Диана оглянулась — Маши в ванной не было. Обругав себя бестолочью, Диана вышла в коридор — конечно, девочке пришлось идти вниз, там есть другая ванная комната, построенная вместе с домом, она просторная и сейчас, скорее всего, пустует.
Диана спустилась вниз — на кухне звучали приглушенные голоса, а ванная была пуста.
— Что за черт…
Диана открыла дверь кухни — Маши там тоже не оказалось, но на полу расположилось тело, над которым стоял майор Реутов с тяжелым деревянным пестиком в руке.
— Я вижу, все развлекаются, кроме меня.
Диана отобрала у Реутова пестик и бросила его в мойку.
— Вот его я вашим грабителям не отдам. Утюг забрали, так то хоть просто для интерьера, а пестик мне нужен. — Диана посмотрела на лежащего. — Я так понимаю, мы в дерьме.
— По самый подбородок. — Бережной осторожно шевельнулся и поморщился от боли.
— И, по-моему, самое время нам покинуть дом.
Диана понимающе кивнула и отодвинула половичок — под ним, едва заметный среди стыков паркета, виднелся люк.
* * *Маша в ужасе заскочила в комнату, которую занимала вместе с Генкой, ее колотила дрожь.
— Гена!
Она не могла оставаться здесь и Генку оставить не могла. Они убегут прямо сейчас, выскочат из окна, проберутся кустами к лесу, а там дорога…
— Гена!
— Маш, ну ты что? — Задремавший было Гена открыл глаза — Машино лицо в свете ночника было маской ужаса, страх кричал из глаз, страх трепыхался в прижатых к груди кулачках, страх сбил дыхание.
— Маш, да что с тобой?
— Эта женщина… — Маша понимала, что выглядит сейчас параноичкой. — Диана… она из них. Из внутреннего круга!
— Маш, ты с ума сошла? — Генка резко сел на кровати. — И думать не смей такого! Я тетю Дину знаю больше десяти лет, и то, что ты говоришь, невозможно. Вот просто невозможно, и все.
