— Олег наконец заметил несостоятельность своего костюма. — Наташ, где мои джинсы?
— Я в стирку бросила, возьми другие.
Они общались так, словно были уже много лет женаты, и это доставляло им видимое удовольствие. Генка вздохнул, их с Машей разговор простым не назовешь, и до такой вот близости им пока еще как до звезды. Но он намерен пройти этот путь, потому что Маша ради него едва не убила Олега, а это не что попало.
— Как думаешь, а муж этой Юлии… он замешан?
— Маш, я его считаные разы видел — вроде нормальный дядька, но дело в том, что мы сейчас в таком положении, что ничего не можем утверждать наверняка.
Навстречу им по лестнице поднималась Диана.
* * *— Юля, ты сошла с ума.
Дмитрий Озарянский огляделся. Помещение, где он оказался привязанным к стулу, наполнял равномерный гул, доносящийся откуда-то извне. И возникло ощущение, что он глубоко под землей — он и сам не мог объяснить, отчего возникло такое ощущение, но отчего-то он был уверен.
— Юля!
Жена повернулась к нему — ее лицо, которое когда-то поразило его совершенством линий и пропорциями, и сейчас выглядит идеально.
Но как давно они не смотрели друг на друга — вот так, глаза в глаза… Давно, очень давно — а иначе бы он заметил то безумие, таящееся на дне этих глаз, он бы понял… Дмитрий мысленно выругался: да ничего бы он не понял, зачем обольщаться? Он сам себя не понимал никогда, где уж ему было понять, что за человек оказался рядом с ним, что собой представляет женщина, подарившая половину своих генов его детям.
Не как ученый, а как человек.
Зато теперь он все увидел — и ужаснулся. Как он мог жить с ней в одной квартире, ложиться спать в одну кровать, завтракать с ней по утрам, перебрасываясь вежливыми, ничего не значащими фразами — как он мог не замечать?! Но ведь не замечал, потому что не хотел, и некогда, и вообще незачем. Ведь свою-то жену знаешь отлично, зря, что ли, прожил с ней столько лет?
А теперь Юля стоит перед ним в полутемном каменном мешке, и Дмитрий понимает, что перед ним сама Смерть.
— Но почему?!
Глумливая ухмылка поползла по губам, нарушила совершенство линий этого лица, искусно отреставрированного хирургами, — и проступила настоящая сущность, от созерцания которой Дмитрий содрогнулся.
— Почему? Отличный вопрос. — Юлия кивнула, словно одобряя любознательного студента. — Ну, потому, например, что ты отличный кандидат на роль оборотня с пробиркой.
