Высокая рыжая красотка с великолепной фигурой и стройными ногами – это старший оперуполномоченный уголовного розыска Дарья Шевчук. Когда-то она поймала маньяка, тронувшегося хирурга, вырезавшего у женщин печень. Сегодня в Шантарске произошло новое убийство, вернее уже два. Убиты женщины, хорошо одетые, и у каждой на шею намотан дешевый шарфик из красного трикотажа, украшенный силуэтом черного чертенка. И у каждой на лбу разрез в виде перевернутого креста…...
Вообще-то дамочка в чем-то и права, первый «луноход» прибыл на место происшествия аж через двадцать пять минут…
– Вы ее до того не встречали? Не из вашего подъезда?
– Что-то не помню. Конечно, всех поголовно я знать не могу, кто теперь знает соседей? Но прежде не видела… И мужчину в нашем подъезде прежде ни разу не встречала.
Дама явственно стала проявлять нетерпение, но Даша, притворяясь, будто не замечает, продолжала:
– Значит, проход меж гаражами ведет на соседнюю улицу?
– Да.
– Можно его назвать «трассой с оживленным движением»?
– Как вам сказать, милая… Вы знаете, пожалуй… Но, точности ради, пользуются им только здешние. Жители близлежащих домов, я имею в виду. Со стороны гаражи выглядят сплошным массивом, нужно знать заранее, что есть проход… По Садовой ходят только автобусы, а по Щорса, параллельной, еще и троллейбусы, люди ходят на остановки и туда, и оттуда… Ну и, конечно, владельцы машин.
«А чтобы влепить гаражики совсем рядом со школой, в свое время непременно нужно было потревожить кое-какие связи, – подумала Даша. – Не бедный народец старался… Ну, какое это имеет значение? Никакого отношения в данный момент…»
– Вы бы узнали его, если встретили? – спросила Даша.
– Пожалуй…
Ну что ж, иногда узнают. А иногда и нет…
– Чем еще могу быть полезна?
Даша непроизвольно огляделась.
– Увы, в квартире я одна, – сказала хозяйка.
– Да, разумеется. – Воловиков сделал Даше знак глазами. – Пойдемте, Екатерина Георгиевна, если там еще оцепление, я вас проведу… А по дороге договоримся насчет приемлемого для вас времени…
– Постойте, – хозяйка, уже потянувшись за шубой («Ох ты!» – завистливо вздохнула про себя Даша, лицезрея песцов), вдруг обернулась. – У вас же должен быть художник на такой случай? Чтобы составить портрет? Кроме того… на Западе есть еще соответствующие компьютеры…
– Увы, у нас-то нет компьютера… – сказал Воловиков.
А художник, могла бы добавить Даша, был. И отличный. Вот только месяц назад перебрался на иные хлеба, чтобы из дому не выперли…"
"Когда они спускались, банкирша показала перчаткой:
– Вот здесь они стояли.
Но ничего там, разумеется, не было, ни окурочка.
