— Глеб, я хотела сказать, что мне неприятно видеть такое отношение к себе на уроках. Я тебя ничем не оскорбила, не обидела, чтобы ты саботировал мой урок таким поведением.
Он опускает глаза, а я продолжаю дальше спокойно:
— Я понимаю, что тебе нелегко. Все новое: место, люди, ты думаешь, что все настроены по отношению к тебе с негативом, но это не так. Мы всегда готовы прийти на помощь…
— Ага, особенно англичанка, — мальчик закатывает глаза, а я, не сдержавшись, прыскаю.
— Марта Леонидовна уже сорок лет преподает английский, просто прими как данность, что ей сложно противостоять.
Да, это специфическая дама. У Лешки тоже проблемы с ней, да и не только у него, еще у половины школы. Также она бегает ко мне каждую неделю, рассказывая, какой у меня сын лоботряс, что, конечно, не так.
— Ладно, Марту Леонидовну не берем в нашу команду, — киваю с улыбкой. — Но как минимум два человека на твоей стороне — Ольга Михайловна и я.
— Вы мама Леши, — произносит Глеб неуверенно.
— Мама Леши я дома, а тут я ваш учитель, который относится ко всем одинаково.
Молчит.
— Мы поняли друг друга, Глеб? — снова добавляю мягкости в голос.
— Поняли, — Глеб не смотрит на меня.
— Я рада. А теперь беги на следующий урок.
Мальчик уходит, а я продолжаю вести уроки, думая, как же все прекрасно решилось. Мы нашли общий язык и поговорили.
Когда звонит последний звонок, ко мне подходит взволнованная Оля.
— Уль, пошли к директору.
— Что-то случилось? — хмурюсь.
— В смысле?! Я посмотрела видео, где Никонов хамит тебе весь урок! Сергеевна вызвала Максима Аристарховича в школу.
Ну и тебя в качестве пострадавшей зовет.
— Что? Откуда вы узнали? — ахаю я.
— Я ж говорю — видео ходит по школе.
Видимо, кто-то из ребят заснял мой урок.
— Черт! Мы же с Глебом разобрались во всем!"
"Спешим к кабинету Анны Сергеевны. По дороге Оля отвлекается на звонок и говорит, что подойдет через минуту, а я сталкиваюсь в коридоре с Максимом.
Тот зол. Гневно окидывает меня пристальным взглядом, хватает за предплечье и притягивает к себе, обдавая запахом своего парфюма:
— Что, мстить через сына мне решила?
Глава 7
Ульяна— Ты в своем уме? — выдергиваю руку из хватки Максима.
— Как ты вообще мог подумать?..
— Не стремно тебе к пацану цепляться, а, Ульяна Романовна? — Максим каменеет от злости, глаза мечут молнии ненависти.
Вот только при чем тут я?
— Я даже подумать не мог, что ты так грязно будешь мне мстить, — выдает, наконец.
— Я? Мстить? — поднимаю брови.
