– Главная отрасль – животноводство, в горных районах мира выведено несколько пород горных коз (агра, шалер) с ценной шерстью, – торжественно продолжил Рэнд, метнув на Лукаса ехидный взгляд.
Козы, зерно, виноград, добыча металла и прочие уникальные данные из краткой справки по Дорим-Аверону нагнали на Эльку беспросветную серую скуку. Нет, девушка добросовестно пыталась вникнуть в зачитываемый текст, но он почему-то никак не хотел задерживаться в голове. Сознание приближалось к состоянию коллапса; гапоны, агры, гаторы, шебаны и шалеры смешались в кучу.
Девушка уже под страхом смерти не смогла бы вспомнить, что из всего этого порода козы, а что ящерица. Запомнилась только пара звучных загадочных слов – «кельмитор» и «мильтир» – и Элька могла бы поклясться, что мох все-таки второе. В конце концов она перестала себя мучить и почти отключилась.
«Дорожный атлас» был составлен в полном соответствии с сутью Сил Мира, поэтому добросовестно обходил стороной острые проблемы и конфликты Дорим-Аверона.
Так что догадываться об истинном положении дел можно было только по маленьким уточнениям, вроде того, что Собрание лордов временно распущено, а все музеи разом закрыты «на капитальный ремонт» . Но, как говорится, дареному коню в зубы не смотрят, атлас давал команде общую информацию о мире, в котором она еще не была, и на том спасибо.
На закуску Рэнд отважно зачитал более подробную информацию о религиозных представлениях дориманийцев.
Откуда Элька, ненадолго включив дремлющее сознание, уяснила только одно: главного, единственного и весьма сердитого бога Дорим-Аверона именуют Великий Дориман, или по-скромному просто Дориман, а его основным противником является Черный Дракон сокрушающий – то ли бог, то ли невесть какая другая нечисть.
– И в чем между ними разница? – не понял Макс, выслушав нелицеприятное описание мрачного пантеона доримцев.
– Статуи, наверное, в разный цвет красят.
А может, дракон этот моется реже, – находчиво предположила девушка.
– Язва вы, мадемуазель, – ласково укорил Эльку маг.
– Ага, меня еще и мама так звала, и учителя, – радостно согласилась та с немудреным комплиментом и, скромно потупившись, пустилась в ностальгические воспоминания: – Помню, один в институте своим коллегам говаривал: для меня счастье, когда этой девицы нет на занятиях, но она почему-то всегда есть.
