Варить зелья приходилось, стыдно сказать, на кухне, приравнивая магическое священнодействие к приготовлению похлебки, а хранить ведьмовские котелки – в обычных кухонных полках рядом со сковородками. Увидела бы бабка Примроуз, поперхнулась бы от хохота.
Через три часа, когда солнце перекатилось на другую сторону неба и залило внутренний двор горячим светом, зелье почти доварилось. Подперев щечку кулачком, Эмили, бдевшая за приготовлением, задремала. Из одной ноздри у нее торчала закрученная жгутом салфетка, другая выпала в чашку.
Затычки она засунула в нос, как только из котелка повалил зеленоватый дым с гнилостным запашком.
– Эмили! – позвала я девушку.
Клюнув носом, она с трудом продрала глаза, растерянно оглядела банки с ингредиентами, раскрытый гримуар, а потом уже сфокусировалась на протянутых портняжных ножницах.
– Режьте волосы, – велела я.
– Налысо?! – мгновенно проснулась она.
– Можно и налысо. Главное, полотенце подстелить, а я там пару волосинок выберу.
Одарив меня настороженным взглядом, девушка оттяпала от кудрявой челочки жиденькую прядку в десяток волосинок и передала мне. Последний ингредиент утонул в густом вареве. Зелье запыхтело, запузырилось и стихло. Как любое магическое снадобье, остывало оно в считаные минуты и на глазах покрывалось глянцевой пленкой.
Окунать жаба решила прямо в котелке. Глядишь, земноводное – не потонет.
– Кидайте Картера в самую гущину, – велела я.
– Помоги мне, светлая Богиня, – прикрыв глаза, помолилась девушка.
Жаб плюхнулся в зелье со странным бульканьем, расплескав брызги по столешнице, и немедленно пошел ко дну.
– Ой, он тонет! – испуганно вскрикнула Эмили, но Картер очень сильно хотел жить и резво всплыл, в панике взбивая магический отвар задними лапами.
И вот тогда-то мне в голову пришла своевременная мысль (я вообще была горазда на своевременные мысли), что сейчас бедняга похож на жабу, но уже через десять минут перед нами предстанет абсолютно голый и злой, как тысяча темных приспешников, мужчина! Не то чтобы я никогда не видела обнаженных мужчин в ярости, да и невольная напарница явно целомудрием не страдала, но Картеру-то придется возвращаться домой.
Не бежать же по улицам, прикрывая чресла лопухами?
– Куда вы, госпожа ведьма? – остановила меня удивленная Эмили. – А как же Картер?
– Пусть поплещется еще чуток, – распорядилась я. – Сейчас рубаху принесу.
