Автор
Дождитесь ужина и после этого он узнает всю правду. Костя чувствует себя невероятно нервным, а она заполняет его страхи подробностями неожиданной новой истории. Вместе они создают шумную вечеринку, чтобы скрыть свою суперсекретную правду от бывшего возлюбленного.
— А главное, что ты можешь предложить мне в качестве компенсации оставшихся затрат, м?
Глава 18. Надя
— Слышал такое: чем эксклюзивней услуга, тем дороже она стоит? — отвечаю, стараясь не показывать, что волнуюсь.
— И к чему ты это? — безразлично отвечает Костя.
— Ты сказал, что без меня вам не справиться, — гордо вздергиваю подбородок. — Что Аленка требует именно меня. Выходит и оплата у меня будет ни как у обычной няни. Не так ли? — строго выговариваю я. — Так вот если это все еще не перекрывает гонорар адвоката, можешь заменить его на того, что берет подешевле, чтобы наша с ним оплата сравнялась, и я не осталась тебе должна.
— Ух ты, — Костя облизывается как чертов мартовский кот. — Какие оказывается зубки у моей принцессы.
— Никакая я тебе не принцесса! — фыркаю. — Либо соглашаешься на человеческие условия и соблюдаешь рабочую субординацию. Либо пусти, я пойду обратно в полицию, — я показательно дергаюсь, но Костя не ослабляет объятий.
Конечно я блефую. Никуда я не пойду.
"Костя с подозрительным прищуром изучает мое лицо. К моему сожалению, очевидно он тоже знает, что я блефую. Лишь бы не решил продавить.
Не знаю насколько меня хватит против этого гада. Слишком уж он умен и изворотлив, а в переговорах любого толка и вовсе собаку съел.
— Субординация, говоришь? — его самоуверенная ухмылка раздражает, будто он как всегда знает что-то, чего не знаю я. — Ну давай попробуем.
— Тогда для начала стоит меня отпустить! — требую я, пытаясь отцепить от себя его руки.
Но куда там. Он будто и не слышит меня, и не чувствует сопротивления.
— Надь, ты правда другого любишь? — вдруг задает он наглый вопрос.
У меня глаза на лоб лезут от его бесцеремонности:
— Да! — даже не задумываясь выпаливаю я.
— А че тогда так волнуешься в моем присутствии? — хмыкает он, продолжая сканировать мои реакции.
— Да потому что… ты… ты… гад просто! — выпаливаю я. — Как тут не волноваться, когда появляется мерзавец бывший, то целоваться лезет, то требует, чтобы я нянькой для ребенка любовницы стала. Считаешь нет повода для волнения? Это у тебя совести нет просто! Вот тебе и непонятно нихрена!
— Ладно-ладно, — он наконец освобождает меня от своих рук.
