— Вы не забыли, кто из нас двоих олицетворяет силы зла?
— Я, что ль?! — наигранно ужаснулся Кощей Бессмертный, и я понял, что с этим отпетым уголовником можно разговаривать только с пистолетом в руке.
— Значит, так, шутки кончились, не КВН, в конце концов. Моё последнее предложение: я забираю пленниц, ухожу отсюда своим ходом, вы даёте мне заклятие для снятия чар с моих друзей — и яйцо ваше!
— А где мне гарантии, что ты энто яйцо с собой не увезёшь?!
— Моё честное слово.
— Ага, — сделав вид, что задумался на минуточку, оскалился Кощей.
— Стало быть, моему слову ты не веришь, а я, выходит, твоему верить обязан? Ох как складно у тебя нескладушки-то складываются, гражданин начальник…
— Хорошо. Напоминаю ещё раз: кто у нас тут силы зла, а?! Не слышу?
Кощей Кирдыкбабаевич зарычал, потряс ворота, но сдался.
Путём коротких, но эмоциональных переговоров мы в конце концов пришли к моему плану мирного урегулирования ситуации. В конце концов, управлять печью мог только я, и это был мой единственный козырь на тот момент, поскольку про Митину помощь пришлось просто забыть.
Я попросил печку чуток подвинуться, ровно настолько, чтоб у меня была возможность протиснуться через ворота. Кощей, хоть и тощий, но не пролез бы, в этом и состоял весь мой хитрый план. Угрожай он мне один на один, так и навеки остался бы запертым в своем же дворце. Печь без моего слова и на сантиметр не сдвинешь.
Ему пришлось в свою очередь убрать куда подальше и плохоуправляемых шамаханцев, и рыцарей-зомби. После чего мы, практически плечом к плечу, пошли за пленницами.
— Вот, забирай кого хочешь, не жалко! — Кощей Бессмертный открыл железную дверь, приглашая меня войти внутрь.
Я вежливо отказался. Мне ни на грош не улыбалось услышать лязг запоров за спиной.
Мой «гостеприимный» хозяин пожал плечами, словно бы сетуя на незаслуженное недоверие, и сам выкатил из низенькой полуподвальной комнатки четырёх девиц на одной тележке.
— Олёна, Маняша, Яга, Василиса, — по головам пересчитал я. — Всё верно, все четверо, по списку.
Что с ними?
— Спят. Орали шибко, выражались даже. Особливо Баба-яга, ох уж и знатная матершинница! Даже шамаханы краснели…
— На службе она себе такого не позволяет, — холодно отметил я. — Они у вас заколдованные или просто под влиянием снотворного?
— Ясное дело, заколдованы! — даже обиделся гражданин Бессмертный. — Я ж не маньяк какой — девиц чаем поить да им же туда всякую химию бесстыжую сыпать.
— Как расколдовать?
— Поехали, заклятие в книгах записано.
