Старая, как мир, история. Ботаник и мажор, разные слои общества, разный взгляд на мир. Но иногда приходится забыть про гордость, когда ты по уши в долгах, а твою задницу оценили в пару тысяч фунтов. Говорят, девственниц охотно покупают на торгах. Как насчет девственников? Все персонажи совершеннолетние, и данная книга не рекомендуется к прочтению лицам, не достигшим 18 лет. Содержит нецензурную брань....
– Есть старое привидение, ему лет девяносто. Старая вдова, которая ищет мужа, которого привезли в клинику. А ее следом.
– А почему не может найти, если почти вместе привезли? – Макс даже заинтересовался.
– Потому что видимо ее муж пошел дальше, а тело давно похоронено, – ответил он. – Вот и мается, бедняжка."
"– Ну тогда вам надо экзорциста вызывать, чтобы призвал дух этого мужа, и он объяснил супруге, что ждет ее дальше, – предложил он.
– Милый, живет себе тихое привидение, никого не трогает. Гремит иногда лотками у патологоанатома, он уже привык.
– У вас там и дети есть? – Макс попытался себе представить, каково встретиться с таким.
– Есть, – кивнул он. – Они быстро исчезают, к счастью. Но я сталкивался. В лифте ехал однажды, как раз из своего отделения и в лифте была девочка лет шести. Явно пациентка, она была одна, и я спросил, куда она направляется. Она посмотрела на меня, и я увидел, что у нее половина лица и головы провалена внутрь – тяжелая травма.
– Эм… малыш, это прям пиздец! – у Макса не было причин не верить любимому, и единственное, на что он мог списать это видение – на хронический недосып.
– Ну, я понимаю умом, что да, пиздец, но к этому привыкаешь, – ответил он. – Когда людей с того света возвращаешь, тоже всякое слышишь от них.
– О том, кто что там видит? – спросил Макс, проходя с ним в полуразрушенную арку, за которой был раньше внутренний двор.
– Ага, – кивнул он, оглядывая небольшой дворик с сухим деревом. – И что видят в отделении потом.
– В смысле, уже когда очнутся? – уточнил он, доставая телефон, чтобы сфотографировать этот вид.
– Ага. К ним ходят умершие в палаты, и прочее. Можно книгу написать, если поспрашивать врачей, – ответил Гидеон.
– Вот это треш, – в коллективное сумасшествие Максу особо не верилось, и хотя скептицизм его не пропал, верить он стал больше.
– Там нет запрещающего знака? Тогда пойдем, – кивнул он. – К этому поначалу трудно привыкнуть, особенно на ночных дежурствах. А потом уже как-то само проходит. Но пациентов лишний раз не пугаем.
– Вроде нет, – Макс оглянулся. – В каком плане не пугаете? Не говорите, что тоже призраков видите? – уточнил он.
– Говорим, что им померещилось и это побочные эффекты от наркоза, – ответил Гидеон.
