Джербер встал на колени, опустил обе руки в отверстие, вытащил сундучок и поставил на землю. Печати не было, только маленький висячий замок. Взломать его не составило труда. Джербер заглянул внутрь.
Среди множества вещей и фотографий он сразу узнал то, что положили друзья из Порто-Эрколе.
Пакетик с фигурками футболистов от Ишио. Кирпичик из лего, принесенный Карлетто. От шоколадного батончика Джованноне осталась только обертка. Зато жевательная резинка «Тарджет» в форме сигареты, которую положил Этторе, выдержала испытание временем.
На месте была и машинка «Ббураго» от Данте. Фотография всей их компании на пляже, выбранная Деборой, выцвела, словно источенная печалью. Рядом с вымпелом «Фьорентины», который он сам опустил в сундучок, лежала аудиокассета синьора Б.
Джербер забрал ее, понятия не имея, что его ожидает.
Сунул кассету в карман и огляделся, прикидывая, как поскорее отсюда выбраться. Оставалось сделать последнее. Прослушать запись.
56
Он специально захватил с собой плеер, на котором синьор Б.
прослушивал записи сеансов с пациентами. Забравшись в «дефендер», Джербер никак не мог решить, остаться ли на парковке у кладбища или быстренько убраться подальше.
Но жажда поскорей все узнать пересилила.
Итак, под защитой фонаря, в конусе исходящего от него света, перед безмолвной панорамой спящего города, Пьетро вложил кассету в плеер, надел наушники и нажал на воспроизведение.
«Ладно, Пьетро, давай начнем». Голос отца возник из прошлого, сильный и звучный: Джербер содрогнулся.
«Зачем это?» – спросил маленький Пьетро.
«Ты сам говоришь, что у тебя все время болит нога, так? Даже уснуть не дает. Поверь мне: после этого боль поутихнет».
Такого разговора Джербер не помнил. На самом деле он вообще не помнил того дня. Его не удивил обман, к которому прибег синьор Б., чтобы убедить ребенка подвергнуться гипнозу: обещание уменьшить боль в сломанной ноге – подлая уловка.
«Дашь мне послушать песенку?» – спросил мальчик Пьетро, имея в виду пластинку с «Простыми радостями», которую отец обычно использовал, вводя в транс.
«На этот раз нет. Ты должен вслушаться в то, как тикают мои часы».
Пару минут ничего не происходило. Потом дыхание Пьетро изменилось. Мальчик стал дышать размеренно; это означало, что он впал в транс. Интересно, подумал Джербер, с чего начнет синьор Б., ведь до сих пор неясно, с какой целью он затеял сеанс гипноза.
