— Откуда Елена его знает? — задаю сам себе вопрос.
— За что она получила такие деньги? Тебе в голову не приходит, что… — Марко замялся, недвусмысленно намекая на худшую версию.
— Блять! Просто заткнись сейчас! Ладно? — опускаю кольцо на дно кармана брюк, следом ища сигареты. — Ещё скажи, что она прилетела в Европу найти себе богатого спонсора.
— Почему нет? — режет по живому. — Прости, это только предположения, но я не исключаю тот вариант, что девчонка трахается за большие деньги. С тобой не вышло, вот и сбежала к другому.
Всё ведь логично, Гаур. Деду звонил?"
"— Он сам перезвонит, когда нужно будет. Найди мне его личный номер телефона! Сейчас! — втягиваю со свистом в легкие первую затяжку дыма, ощущая горечь на губах. Виски пронзила внезапная боль. Грудь сдавило — не продохнуть.
— Артём, ты сам не свой, с тех пор, как её встретил. С отцом постоянно грызётесь, словно собаки. Мать на успокоительные присела.
— Старик, — щурюсь, выдувая дым из лёгких, повышая тон, — сейчас я не хочу слышать твоего мнения.
Держи свои гребаные мысли при себе. Пока лично с ней не поговорю, не хочу делать никаких поспешных выводов. Понял?!
— Поступай, как знаешь. Вот его номер. Что ты ему скажешь?
— Не твоё дело! — рыкнул, вбивая цифры дрожащими пальцами в телефон. Сознание накрывает лишь одна мысль — только бы её найти!
— Артём, ты, главное, не груби мужику. Слышишь? Черт! Как ты ему объяснишь свою осведомленность?
— Не важно, — отсчитываю гудки, превращая сигарету в пепел.
— Alberto Garsia, слушаю вас, — невнятно раздалось с той стороны, заставив моё сердце сжаться ещё сильнее.
— Доброго дня! Artemio Perez беспокоит. Я бы хотел с вами встретиться…
— Вы её ищите? Я прав? — застаёт меня врасплох.
— Я хочу услышать свою женщину! — заявляю без малейших сомнений.
— Клиника «Святой Марии». Думаю, вам есть о чём поговорить…
* * *Неведение убивало. Гнался как сумасшедший, зажигая на пути десятки красных светофоров. Психовал, сжимая до одури руль с каждой новой остановкой.
Всё вокруг против меня. Нервы дребезжали слишком ощутимо, как натянутые струны, но злиться на неё не мог. Хотел и не мог! Блять! Думал, прилечу и заставлю себя наорать, встряхнуть её за плечи так сильно, чтобы очнулась и выпала из мира своих идиотских фантазий, но как увидел бледную дурёху, спящую под капельницей на больничной койке, так сердце рухнуло вниз. Ударило в жар, окатив градом холодного пота.
