Взяла и приехала.
Аарон вздрогнул.
– Лина, ты меня наизнанку вывернешь. Весь мой мир и чертовы правила, – выдохнул он, гипнотизируя меня синим взглядом. – Стоит только отвлечься – и ты вырываешь из груди сердце. Как будто тебе мало. – Он сжал мои плечи, притягивая ближе. Дыхание обожгло мне губы. – Как будто ты и без того не разобрала меня на части. Не заполучила со всеми потрохами.
Надежда, теплая, мягкая, укрыла сверху одеялом.
– Правда?..
– Правда, Лина.
Аарон прижался ко мне лбом. Оставалось закрыть глаза. Принять его и угомонить шквал эмоций, рвущий душу.
– Каждой своей улыбкой. – Губы чуть задели мои, и по спине побежала дрожь. – Каждым взглядом. Своей непостижимой красотой. – Он поцеловал меня в уголок глаза. – Каждой попыткой доказать миру, насколько ты сильная, хотя сама в себя не веришь. – Губы коснулись кончика носа. – Каждой своей выходкой, которая только способна родиться у тебя в голове. – Губы прошлись по моему подбородку и скользнули выше, к мочке уха. – В общем, я давно твой – целиком и полностью.
– Мой, – эхом повторила я. Сердцу в груди было тесно. Оно колотилось о ребра и рвалось к Аарону. – Я тоже твоя. Целиком и полностью. Я люблю тебя. Не знаю, давно ли. Но я тебя люблю. – Собственный голос звучал непривычно, и не только из-за стука в ушах. – Я дура, что позволила тебе уйти. Непроходимая идиотка. Аарон, я так запуталась. Испугалась. Не хотела терять все, что у меня есть. Не хотела слышать те же оскорбления, что и прежде. Потерять тебя, когда ты решил бы, что я путаюсь под ногами.
– Я бы никогда такого не сказал.
– Теперь знаю. Я убедила себя, что проще тебя отпустить, лишь бы не повторять былые ошибки.
Я покачала головой, выгоняя из груди тянущую тоску. Надо рассказать Аарону про Шерон и про жалобу на Джеральда. Потом. Не сейчас.
– Прости, что меня не было рядом в нужный момент.
Аарон смотрел так, будто не хотел слышать никаких извинений, и я затараторила:
– Правда. – Голос задрожал. – Твой отец болен, а тебя никто не поддержал и не помог. Он в критическом состоянии, а ты тратил время и летал со мной в Испанию.
Ты… – Голос звенел. Я замолчала. – Ты очень много дал мне, ничего не прося взамен. Теперь я здесь, – закончила я шепотом, глядя ему в глаза. – Я никуда не уйду. Не потому что верю, будто мы обязаны быть вместе, а потому что не вижу себе другого места. – Я через силу сглотнула, пытаясь унять рвущиеся на волю чувства. – Ты ведь понимаешь, да?
Я подалась ближе, почти трогая его губами, очень бережно и робко.
