В мире подневольного капитанства, Капитан Валар стирает границы между сознанием и смертью. Он решает ответственную задачу – остаться на службе или стать официальным инвалидом. Бойцы не любят падающих товарищей, но Валар привык брать всю ответственность за них сам. Его собственный выбор под угрозой: как оставаться собой, признаваясь в слабости? Начало пути для героя затягивает мрачные тени смерти и великие решения....
– Городские карты ты читать умеешь – зря, что ли, в «девятке» служил… В «девятке», насколько я знаю, с городскими картами учили общаться даже лучше, чем с любыми другими. Показывай нам по карте, куда ты нас отправить собираешься…"
"Селиванов вздохнул еще громче, чем я перед его приходом, но за стол рядом с Василием Лукичом сел. Городские карты он читать в самом деле умел и легко ориентировался в изображении на мониторе. Даже сам попросил мышь в руки, хотя ему в наручниках и неудобно было с ней управляться, и стал увеличивать район, в который предполагал отправить бойцов Комитета.
– Здесь! Второй подъезд, второй этаж, дверь самая левая на лестничной площадке. Номер квартиры не помню. Там номер не написан, а на другие двери я внимания не обращал.
– Высчитаем, – спокойно сказал Василий Лукич. – Вы свободны…
Естественно, Василий Лукич не имел в виду то, что киллера сейчас же отпустят.
– Свободен? – Селиванов поднял руки, демонстрируя наручники. – Хорошенькая свобода!
– Все мы в своей стране почти так же живем, потерпи.
Я тем временем сел перед небольшим зеркалом, припасенным старшим лейтенантом Сережей, и стал приклеивать парик. Занятие кропотливое и не самое привычное для мужских рук.
– Немножко неаккуратности добавь, – посоветовал Лукьянов. – Не всегда люди так тщательно причесываются, как причесан парик.
Я чуть-чуть растрепал волосы и стал повязывать на голову камуфлированную косынку так, чтобы волосы прикрывали еще и уши.
Вернувшийся Магомедов стал обсуждать с генералом предварительный план ликвидации Крутоярова. Лукьянов разрешил применение самых жестких мер, но желал все-таки, чтобы Магомедов постарался захватить киллера живым – с тем чтобы можно было допросить его, а потом передать ментам. Те будут только рады такой оперативности и с удовольствием забудут, что захват производили не они, и даже к поиску отношения не имели.
Наконец капитан уехал.
– Включаю записи последних разговоров Гайдарова.
Он включил, но расслышать все слова мешал сильный фон.
– Микрофон выключите, – посоветовал Сережа.
Василий Лукич послушался, и стало слышно значительно лучше. Тут я лишний раз убедился, что генерал Лукьянов был прав, предупреждая меня относительно осторожности Дибара. После телефонной беседы у меня сложилось устойчивое впечатление, что Гайдаров поверил мне.
