Рита вытолкнула свою огромную массу из дверного проема, подошла к Полли и повернула ее к себе. Вгляделась в ее лицо. Провела раскрытой ладонью в дюйме от ее головы и плеч.
— Так. Все ясно. — Она уронила руку и выпятила губы. — Звезды и земля, девочка, перестань вести себя как дурочка.
Полли шагнула в сторону и направилась к лестнице.
— Схожу за тапочками, — пояснила она. — Я мигом. Как вкусно пахнет! Ты приготовила гуляш? Как обещала?
— Послушай меня, Пол. Твой мистер Шеферд ничего особенного собой не представляет, — произнесла Рита.
— Ему нечего предложить такой женщине, как ты. Неужели ты еще не поняла?
— Рита…
— Жизнь — вот что самое главное. Жизнь — слышишь меня? Понимание ее течет в твоих венах вместе с кровью. Такого дара, как у тебя, нет ни у кого. Даже у меня. Пользуйся им, не пренебрегай. Обладай я хотя бы половиной того, что есть у тебя, я владела бы миром. Остановись и послушай меня, девочка. — Она ударила ладонью по перилам.
Полли почувствовала, как задрожали ступеньки. Она повернулась и смиренно вздохнула.
Только три зимних месяца она живет вместе с матерью. Но в последние шесть лет день тянется за днем, а Рита не упускает случая проверить, как живет Полли.
— Так это он сейчас проехал? — спросила Рита. — Мистер Шеферд собственной персоной. С ней, верно? Из Холла. Вот почему тебе сейчас так больно?
— Ничего особенного, — поспешно сказала Полли.
— Вот тут ты права. В самом деле ничего особенного. И он тоже не представляет собой ничего особенного. Зачем же так страдать?
Однако Полли так не считала.
Никогда, но как объяснить это матери? Ведь любовь Риты резко оборвалась, когда дождливым утром ее благоверный уехал из Уинсло в Манчестер «купить моей малышке что-нибудь особенное» (Полли как раз исполнилось семь лет). И больше не вернулся.
«Брошенные» — это слово Рита Яркин никогда не произносила. Вместо него говорила «благословенные». Раз уж у этого слизняка не хватило ума понять, от каких женщин он ушел, они и без него обойдутся.
Рита всегда смотрела на жизнь именно так.
Любую трудность, испытание или неудачу можно назвать скрытым даром богов. Разочарование — божественным знамением. Отказ — знаком того, что выбранный путь оказался не самым удачным. Ибо давным-давно Рита Яркин отдала себя — сердце, ум и тело — во власть Ведовства Мудрых. Полли восхищалась ее верой и преданностью. Она могла лишь завидовать матери и жалеть, что ей это не дано.
— Я не похожа на тебя, Рита.
— Похожа, — заявила мать.
