Его руки лежали на моих бедрах, чуть сжимая, но больше не пытаясь пробраться внутрь меня, и лицо было настолько близко, что его пряное дыхание коснулось моих губ, когда Хан проговорил:
— Открой глаза.
Ладно….это было немного проще, чем то, что он просил сделать до этого, хотя и было страшно оттого, что может последовать за этой казалось бы простой и такой невинной просьбой. С Ханом никогда ничего не могло быть просто. Но я послушно открыла глаза, часто поморгав, когда мокрые от слез ресницы стали прилипать друг к другу…
Его лицо было так близко, что я могла рассмотреть каждую черную длинную ресничку.
"
"И все-таки он был красивым. Необычным. Завораживающим. И знал об этом, как никто другой, явно зная себе цену и пользуясь этим….я видела каким взглядом провожают его местные девушки. Жадным. Горящим. Сложно было представить сколькие из них были в его кровати…или на столе. Подобно мне….только, думается, что они с радостью бы шли на «возмещение долгов», в отличие от меня…
Хан спокойно сидел, чуть сжимая меня своими крепкими руками, не отстраняясь, и глядя прямо в глаза, словно давая привыкнуть к его близости и этому приятному аромату, который окружал теперь мое тело, впитываясь настойчиво в одежду.
Он словно ждал, когда пройдут мои слезы, прежде чем заговорил снова:
— Поцелуй меня.
Я удивленно заморгала, пытаясь отстраниться, но его ладони тут же перебрались на спину, не давая возможности сделать это.
Сердце снова истерично заколотилось….почему для меня это было чем-то важным? Когда-то я мечтала, что буду целоваться лишь с тем, кого люблю. Только розовые мечты и миленький домик с голубыми занавесками давно бесследно исчезли после смерти мамы….а затем и отца. Давно пора было повзрослеть и начать думать реалиями сегодняшнего дня. Страшного дня. Ломающего и уничтожающего.
Это была та цена, на которую я сама подписалась.
Не знаю, почему я уставилась на его губы, морально готовясь….
Они были красивыми. Чуть пухлыми…и казались мягкими на вид.
Хан не торопил и не пытался придвинуться вперед, ускоряя процесс, продолжая смотреть прямо в мои глаза, прожигая и не моргая, даже когда я осторожно подалась вперед, упираясь одной ладонью в его грудь, осторожно и испуганно касаясь его губ своими.
