Из-за травмы головы мне пришлось провести ночь под наблюдением в больнице. На следующий день я без минуты промедления оделся, миновал врачебный пост и пошел на вокзал.
Если Филиппо Метти и удивился, увидев меня в тот вечер в своей мастерской с повязкой на голове, то ничем этого не выдал. Я пошел прямо к своему мрамору, сдернул брезент, схватил первое попавшееся зубило и молоток и со всех сил стал бить по камню. Той ночью я наконец заплакал — каменными осколками. Около полуночи появилась тарелка супа, которую я проглотил не заметив.
А потом вернулся к работе. Через час я рухнул на едва початый камень.
Чьи-то руки подняли меня, рядом кто-то перешептывался. Подъем по лестнице, скрип двери. Меня положили на кровать. Сухая, но нежная рука легла на мой лоб, потом шаги удалились. В последние три дня я почти не спал и наконец погрузился в это первое забытье в комнате, которую мне предстояло занимать больше года в доме моего бывшего хозяина — теперь, когда я прозрел и увидел свою Пьету.
"
"Землетрясение унесло жизни четырехсот семидесяти двух человек. Почти все население Пьетра-д’Альба, но это капля в море по сравнению с сотнями тысяч жертв в Мессине в 1908 году или тридцатью тысячами жертв Марсики в Абруццо в 1915 году — те землетрясения тоже соответствовали одиннадцати баллам по шкале Меркалли. Близнецы, их мать и моя мать выжили только благодаря поездке в Геную. Семья Орсини погибла вся, за исключением Франческо, который накануне уехал в Рим.
Дон Ансельмо и все остальные отдали жизни за разворошенное плато, на котором они родились. Эксперты объяснили, что трещина в куполе Сан-Пьетро-делле-Лакриме была предвестником катастрофы, ее следовало опасаться. Это понял только маркиз, но никто не понял маркиза. Несколько месяцев спустя я в изумлении прочел в газете, что, оказывается, какой-то ученый узнал о трещине в нашей церкви и написал мэру деревни, пытаясь предупредить нас. Он не получил ответа. И до сих пор какая-то мрачно-поэтическая часть меня гадает: а вдруг письмо ученого случайно оказалось в той сумке, что украли у Эммануэле бандиты? И когда-нибудь его еще обнаружат в лесной чаще, под потрескавшейся кожей, скукоженное и пожелтевшее, это бесполезное предупреждение.
Землетрясение вскрыло остатки другой деревни, расположенной прямо под нашей и, вероятно, разрушенной в результате такого же стихийного бедствия, но память о нем стерлась еще в тринадцатом веке.
