По своей природной склонности ко злу moskovit пытаются обмануть просвещенные народы, о чем душа моя скорбит, видя столь низкое падение нравов столь близко к Европе. Тем не менее город сей представляет интерес и посему прошу вас спросить брата провинциала, как следует мне поступить.
За сим молю Господа, чтобы он поддерживал вас, брат Вуйчик, своей святой охраной.
Провинциал – руководитель ордена иезуитов в пределах определенной территории, образующей провинцию.
Словно круги после упавшего в воду камня множились события, меняющие мир конца семнадцатого века, переделывающее самим фактом появления города попаданцев.
***
В комнате отдыха Иван Савелович мирно попивал чаек с медом. А почему бы не отдохнуть, если строительная лихорадка и штурмовщина ввода в работу экспериментальной мартеновской печи и первых плавок, уже закончились? Дверь распахнулась, в комнату юркнул только устроившийся на работу после кратких курсов парень. Савелович знал только имя: Сашок.
– Главный инженер зовет в цех, срочно, – крикнул заполошно, шмыгнул вечно красным носом и, не дожидаясь ответа, выскочил в дверь, громко хлопнув.
«От блин, балаболы! Опять без меня не могут! Даже чай спокойно не дадут попить!», – проворчал про себя Иван Савелович, но в то же время с некоторой гордостью. Не торопясь, допил чай и направился в цех.
У ощутимо пыхающего жаром ковша стоял взъерошенный главный инженер в окружении всех имевших опыт в металлургии «аксакалов».
– Все вроде? – не дожидаясь ответа, заговорил нервно и дергано, – Прозевали козла (остаток металла, застывший в объеме печи или ковша)! Черт! А плавку задерживать никак нельзя! Что делать будем?
Он замолчал и с выжидательным выражением лица посмотрел на старых, опытных металлургов. Сам главный инженер, хотя и имел высшее образование, но в сфере, далекой от металлургии, и сейчас осваивал азы профессии. Впрочем, не один он здесь такой, большинство рабочих и инженеров экспериментального цеха впервые познакомились с мартеновской печью вживую, а не на экране телевизора, только после Переноса.
Кадровых металлургов в городе раз два и обчелся.
«Аксакалы» заскребли в затылках. Иван Савелович первым нарушил молчание.
– Козел значит… это плохо, но не смертельно. Можно его и вручную сбить!
– Сдурел Савелович? – главный инженер отрицательно покачал головой, – Ковш – раскаленный, а ждать пока остынет нет времени.
