Переломался он сильно... пока в сознание не приходит. Хорошее время для того, чтобы вычистить всех крыс. Слишком уж много их развелось. Вась? А, Вась? Блин.
Я чувствую, как меня ловят, прежде чем я впечатываюсь лицом в пол — слишком эта новость стала для меня неожиданной.
— Вась? Ты норм? — трясет меня бугай, а я тихо шепчу:
— Ладно. Это все дело меняет... Говорите, что надо делать. Только для начала я хочу увидеть Ярослава. Хотя бы на видео.
— Тогда мы тебя домой к нему отвезем. Ты только кроссовки накинь.
Мы обувать людей не умеем, — он опускает взгляд на мои босые ноги, — пойдешь в комфорт-такси наше босиком, а там холодно сегодня.
— Придурки, — шепчу я.
— Не ругайся. Работа у нас такая. Мы к тебе со всем уважением, — бугай со вздохом ставит меня на пол, — других бы не уговаривали. На плечо и понесли бы. И отказ от наследства подписать заставили б. Много их было хитрых... одна до сих пор на Мальдивах жопу греет. А ты одна такая...
— Ага, — кивает второй, — Зря вы с Ярославом разошлись.
Я устало фыркаю. С одной стороны, приятно иногда слушать неприкрытую лесть, с другой, я сейчас чувствую себя глуповато.
Часть 23
— Располагайся, Вась, — предлагает мне бугай, открывая дверь дома, — учти только, тут камеры. Женскую любопытную натуру мы знаем. Не делай то, за что мы тебя не будем уважать.
— Вы меня за кого принимаете?! — фыркаю возмущенно я, поставив сумку с вещами на пол, — за тетку, которая будет рыться в вещах своего бывшего мужа?
Возмущаюсь я ни капельки не фальшиво.
Хотя, в мыслях я уже шлялась по дому Ярослава, заглядывая в шкафы в поисках каких-нибудь намеков на то, что он по мне скучал все это время. Например, хранил рубашку, которую я подарила ему на день рождения.
С другой стороны, на его месте я бы ее выкинула. Сейчас она смотрелась бы на нем ужасно, а тогда была в моде!
— Вась, — от меня не отстают, даже когда я быстренько топаю по мраморным полам в сторону туалета, — еще раз, то, что ты видела — не для подруг. Не для кого-то постороннего.
Об этом должна знать только ты. Ясно?
С ума он сошел, что ли? Я поворачиваюсь к нему, выразительно закатив глаза.
— Как вас зовут?
— Митя, — мужик смотрит на меня очень пристально и тяжелым взглядом, от которого начинают дрожать поджилки. Чисто инстинктивно. Как при виде питбуля без намордника, — а что?
— Просто спросила. Митя, я не дурочка. Это во-первых. Во-вторых, мне проще сказать моим подругам, что я вдова, чем признаться в том, что я помогаю бывшему мужу.
