Нечто, что я не видела, но почему-то отчетливо чувствовала взгляд и поняла, что это существо выше Голода раза в два как минимум. Невидимый пес, словно сжалившись надо мной, ударил по ближайшему кусту, и снег, опав с ветвей, обрисовал силуэт действительно громадного грасса — в ощущении его размеров я не ошиблась.
Несколько секунд искусственно созданное чудовище молча смотрело на меня, а затем с явным трудом, тихо пролаяло, пытаясь говорить:
— Мы… не… хотим… убивать.
И я вдруг поняла — действительно не хотят. Вспомнить только поведение Голода, который сделал все, чтобы не убить меня, и даже здесь, в Горлумском лесу, с заготовленным мясом за мной таскается.
Потому что грассы не убийцы. Они разумны. У них есть семьи. И судя по тому, как Голод открывал и закрывал двери, то, возможно, и поселения. Они лишь хотят жить своей новой расой, просто жить, как и все мы.
Грасс же, кивнув, словно подтверждая мою догадку, продолжил, все так же с трудом пролаивая каждое слово:
— Драконы… узнали… о нас.
Я замерла.
— Черный дракон! — В лае грасса мне послышалось обвинение.
Испуганно сглотнув, я прошептала:
— Мне жаль…
Вновь кивнув, грасс выговорил:
— Трех… братьев… вернули. Но. Черный дракон… провел… испытания. Он… и… другие сильные… способны… нас… убивать.
Секундное молчание, и пес добавил:
— Особый… вид… пламени. Хозяин… не знал. Сейчас… знает. Но…
Но все равно призвал их. Их всех! Призвал и прикажет атаковать, даже отчетливо зная, что грассов перебьют. И грассы это понимают. Они все поняли!
— Что я могу сделать? — тихо спросила, действительно не зная, чем смогу помочь.
Грасс нервно мотнул головой в сторону с трудом угадывающегося вдали отблеска огня и пролаял:
— Там… дракон… Правящего… рода. Угроза… смерти… активирует… призыв… родственников… по крови. Мне… нужно… время… запереть… детей.
И мне стало нехорошо. Очень нехорошо. Потому что я только сейчас поняла, что значит «здесь все грассы». Действительно ВСЕ! Воронир призвал всех! Мне остается только догадываться о причинах, но боюсь, главная в том, что он принял к сведению информацию об уязвимости своих созданий и решил, не церемонясь, уничтожить всех и разом.
Включая детей. Единственное, чего я не понимала, — как можно остановить грассов, которым хозяин отдал приказ.
— Роем… яму, — словно догадавшись, о чем я подумала, пролаял пес.
И, видимо, такую, из которой малышам будет не выбраться, когда прозвучит приказ хозяина.
— Сколько времени вам еще нужно? — сдавленно спросила я.
