Какое-то бесконечно долгое мгновение тело ее одновременно сгорало и тонуло, словно две силы пытались разорвать ее на части. А потом стало тихо и темно.
В себя Мари пришла уже не в избушке, а на мягкой подушке из мха. Над ней на коленях стоял Гордей, ласково гладил по голове. В синих глазах его были боль и страх.
— Все хорошо, — сказала Мари, обвивая руками его шею. — Все будет хорошо. Пойдем домой!
Наверное, у нее получилось, потому что кошмары ушли. А ей больше ничего и не было нужно! Все остальное у нее уже было!
То лето выдалось особенно душным и жарким.
Работы у Гордея прибавилось. Иногда ему приходилось уезжать из дома на сутки. В такие дни скучать Мари не давали Лена с маленьким Серафимом. Они частенько захаживали в гости, вытаскивали Мари с собой на прогулку. Анюта тоже не забывала старшую сестру и, вопреки запретам маменьки, наведывалась к ней в гости. Вот только время всегда подгадывала так, чтобы Гордея не было дома. Может быть, стеснялась своего давнего порыва.
А может, Гордей просто слишком много работал и слишком редко бывал дома. Как бы то ни было, а Мари была рада и его сестре, и своей.
То утро мало чем отличалось от других. После завтрака Гордей засобирался в город. С некоторых пор практика его расширилась, и они уже начали подумывать о необходимости переезда. Вслух об этом пока никто из них не заговаривал, но Мари чувствовала: очень скоро такая необходимость назреет.
Анюта появилась на пороге почти сразу, как ушел Гордей.
На мгновение Мари даже показалось, что сестра специально дожидалась его ухода. Но стоило ей увидеть заплаканное Анютино лицо, как мысли эти тут же исчезли."
"— Пойдем со мной, Маша! — сказала Анюта зло и требовательно. — Пойдем! Я должна тебе кое-что показать!
Мари не стала спорить. Когда Анюта в таком состоянии, спорить с ней бесполезно. Подозревать недоброе Мари начала, когда поняла, куда они идут.
— Я все знаю, — сказала Анюта, останавливаясь перед запертой дверью дома у Змеиной заводи и вытаскивая из кармана ключ.
— Я все знаю про маменьку! — Она вставила ключ в замок, толкнула дверь. — Никакая она не графиня! И мы с тобой, Маша, тоже никакие не графини!
Вслед за сестрой Мари вошла в дом. С ее прошлого визита здесь ничего не изменилось. Дом словно бы ждал их, своих настоящих хозяек.
— Ты знала? — Анюта посмотрела на нее сердито и требовательно. — Маша, ты все знала?!
Она молча кивнула, присела к столу.
