Отвернувшись от окна, Грейс оглядела купе первого класса, точно только сейчас увидев.
– Поверить не могу, что все это на самом деле, – прошептала она.
Ланс притянул ее на колени, поцеловал так нежно и ласково, как только мог, про себя отчаянно жалея, что в поезде не стоит давать себе волю.
– Теперь веришь?
– Теперь я совершенно точно знаю, что это сон, – лукаво рассмеялась она и снова потянулась к нему.
Прошло много-много времени, прежде чем они смогли говорить о чем-то, кроме своей любви."
"– Как там в больнице? – спросила Грейс, прислоняясь к его плечу.
– Наверное, очень много работы, раз ты не сразу смог выбраться.
– Честно говоря, я сам толком не знаю, как дела в больнице. Все это время я провел в тюрьме.
– Что? – Она выпрямилась, ошарашенно глядя ему в лицо. – Как? За что?
– По подозрению в убийстве господина Хорста.
Грейс вздрогнула от этого имени, и Ланс привлек ее к себе. Поцеловал в макушку, обнимая.
– Он больше никогда тебя не обидит. Все прошло. Меня арестовали, когда я выходил из больницы, поэтому я не смог ни вовремя вернуться, ни сразу же поехать за тобой.
Она тихонько угукнула, замерла, и по тому, как напряглись плечи под его руками, Ланс понял, о чем она думает. Он не колебался ни секунды – незачем Грейс знать все, начнет еще, чего доброго, себя винить.
– Мэтр Гельтер провел вскрытие. Тромбоз левой коронарной артерии. Мэтр Гельтер – опытный целитель, и он не стал бы рисковать, искажая данные посмертного обследования.
Магия не оставляет следов после того, как заканчивается действие заклинания, так что мэтр Гельтер действительно описал ровно то, что увидел, не скрыв и не добавив ничего от себя.
Плечи Грейс расслабились.
– Инфаркт? – спросила она, не поднимая головы.
– И разрыв сердечной мышцы.
Сообразит ли она, что, если можно магией коснуться стенки артерии, восстанавливая ее или расчищая просвет, значит, можно и закупорить его? На прямой вопрос он ответит прямо. Но Грейс лишь тихонько вздохнула.
– Грешно так думать, но я рада, что он умер.
Теперь расслабился и Ланс.
– Я жалею лишь, что он успел до тебя дотронуться.
Она снова заглянула ему в лицо, лукаво улыбаясь.
– Но, с другой стороны, ты бы не принес меня домой и продолжал бы дальше изображать сурового начальника.
Ланс приподнял бровь.
– Изображать?
Она торопливо добавила:
– Не подумай, в больнице все останется по-прежнему. Я вовсе не собираюсь пользоваться… Но я так рада, что знаю тебя и другим.
