В дрожащей руке удерживается старинная фотография - последний свидетельство жизни покойной матери. Слезы скатываются по щекам, и стон охватывает сердце, когда она разбивается вдребезги. Эта книга — не просто рассказ о потерях, но и поиск целостности в мире черных теней....
Ты единственный человек, который умеет любить. Это огромный талант. Ты смогла полюбить такое ничтожество, как я. Я не стою твоего мизинца. Ты слишком для меня хороша. Если бы я смог повернуть свою жизнь назад, то я бы женился на тебе и увез отсюда как можно дальше. Мы бы жили только вдвоем, и нам никто не был бы нужен.
– Я все простила, – заплакала я. – Тебе не в чем раскаиваться. – Крепко обхватив руку Ильи, я прижала ее к груди.
– Я сволочь, Машка, ты даже не представляешь, какая я сволочь! Ведь я хотел тебя подставить.
Я расширила глаза и приподняла голову.
– Илья, кто меня должен найти? Какая милиция? Какая тюрьма? Я ничего не понимаю! О чем ты говоришь?
Илья не ответил. Я потрясла его за плечи.
– Скажи, что ты имел в виду? Кто должен меня найти?
Илья по-прежнему молчал.
– Ну, договаривай! Расскажи мне всю правду! Илья безучастно смотрел в потолок. Я взяла его за руку и попыталась нащупать пульс. Пульса не было.
– Илюша, ты умер? – вскрикнула я, испугавшись собственного голоса. Ответа не последовало.
– Зачем ты умер? Ну зачем? Зачем? Я прощу тебе все на свете, как бы ты меня ни подставлял, только, пожалуйста, подними голову. Прошу тебя, Илья!
Я сбросила на пол ночник, и он моментально разбился. Я включила свет и посмотрела на часы.
Через полчаса, с трудом взяв себя в руки, я набрала номер Вадима и с усилием произнесла:
– Вадим, Илья умер.
– Где он?
– У меня в квартире.
– Когда умер?
– Около шести утра.
Я положила трубку на пол, закуталась в махровый халат и стала раскачиваться из стороны в сторону.
– Где он?
– В спальне, – ответила я. Вадим заглянул в спальню.
– Зачем ты его так сильно накрыла?
– Он замерз.
– Ладно, сейчас я ребят позову, они его унесут.
Через пять минут в квартиру поднялись трое незнакомых мне мужчин. Они подняли Илью и потащили его вниз.
