Все Юрины, а теперь и мои друзья дарят нашли время, чтобы приехать, собраться в моменте, отпраздновать с нами и новоселье, и выписку.
Мы рассаживаемся по машинам. Последний раз в Юриной машине я ехала рожать, теперь назад, уже с тыквочками.
Оборачиваюсь назад. Там в ряд пристегнуты детские автокресла с тремя нашими крошками. На каждом подписано имя.
– Тыкводел Домбровский, вам зачет, – веселю Юру, когда он отъезжаем от центра. – Тыквочки все удались.
– Обращайся еще, если надумаешь. – Оглядывается на них и снова возвращается к управлению машиной.
– С ума сошел? Не надумаю. Даже не проси. Никаких мальчиков.
Многозначительно ухмыляется и ведет машину.
Я правду ему сказала. Больше нет. Никаких. Никогда. Остановимся на трех.
Я любуюсь природой, домами. Так скучала в больнице по всему этому. По возможности свободно куда-то сходить, погулять, не жить по режиму. Видеть за окном разнообразные пейзажи, а не один.
– Приехали.
Наконец Юра паркуется возле дома. Мы приезжали сюда один раз, зимой. Все ощущалось по-другому.
Ночь, камин, новый год, мы одни в доме.
Сейчас – полная противоположность и последствия того визита.
Ахилл.
Кажется, скоро приедет мамми... Кожаный с утра сделал загадочное лицо и пообещал сюрприз! Неужели... с утра заедаю стресс, хожу из угла в угол... О, мамми, где же ты?! Меня уже начинает колбасить. Немного подрал диван, ачетакова?! Был взволнован, имею право... потом уснул! А сейчас я чувствую... Саня моя близко! Только бы скорее зашла в дом....
Запрыгиваю на подоконник.
Сижу. Жду.
К дому подъезжает машина...
Нет, это не паппи. Дед. Хороший мужик. Щедрый и умный, душа компании. Он за разнообразное питание. Сказал, что я его компаньон по непотребствам, чтобы это не значило... Его я люблю, с ним все перепробовал. Даже алкоголь, было дело... Дед хандрил, накапал себе в бокал пахучей коричневой дряни, а мне валерьяночки! Сказал - от нервов-с. Хорошо вышло, душевно посидели... он запел про коня, я подмуркивал... паппи долго ржал, спрашивал с утра не хочу ли я похмелиться, ну штош.
.. будет и на моей улице праздник!
Вот она... чёрная машина заезжает во двор! От волнения скребу лапой по стеклу..."
"Саняяяяя, мАаааая.
Вернулась. Живая. Выходит из прокурорской машины. Я уж подумал, что кожаный наврал, не увижу я её больше... в питомник иногда возвращались старые и грустные коты, когда их хозяева пропадали... но в моем огромном пушистом сердце жила надежда!
Прокурор сначала показывал мне картинки с Саниным голосом.
