Всё в порядке. Ой, я совсем забыла вернуть тебе серьги, — вспомнив о драгоценностях, приступаю их поспешно снимать. Кулак, в котором храню кровь Максима, всё это время не разжимаю.
— Ива, оставь, — чеканит Черкасов, и я безропотно убираю руки от уха.
— Я не могу их принять, — обеспокоено выдаю. — Для чего они мне? Куда мне их носить?
— Держи как талисман. На удачу. Договорились?
— Стас…
— Это не обсуждается, — решительно заявляет Черкасов, ставя точку в этом вопросе.
Тяжело вздохнув, я временно смиряюсь.
Спорить с этим мужчиной, как и с Пожарским — бесполезно. Они словно созданы из одного теста. Каждое их слово при любых обстоятельствах звучит как вердикт. Это безумно огорчает и вызывает во мне чувство бессилия. А в случае с Черкасовым, ещё и чувство вины, поскольку я подставила его перед лучшим другом и чувствую себя настолько плохо, что вынуждена покаяться.
— Стас, я должна тебе кое в чём признаться…
От волнения мой голос становится настолько хриплым, что напоминает простуженный.
Я не могу справиться с тремором. Чувствую себя, как на иголках. В спорткаре так жарко, что у меня пересыхает во рту.
— Я очень сожалею, но мне пришлось соврать.
Теребя фирменный пакет с моими вещами, я делаю короткую паузу для того, чтобы собраться с духом.
— Уверена, что хочешь поделиться этим прямо сейчас?
Мужчина отпускает мою руку и аккуратно поправляет тампоны в носу. В этот момент яркий свет от экрана мобильного разрывает полумрак салона. Мы оба устремляем взгляды на панель, к которой прикреплен телефон Черкасова.
Читаем смс-уведомление от Кобры:
«Я всегда знала, что ты козлина! Чтоб у тебя член отсох!!!»
Брови Стаса приподнимаются вверх в немом изумлении как и мои. Мужчина скептически морщится, а затем резко теряет к прочитанному интерес.
— О чем тебе пришлось соврать? Ива? — Черкасов снова переключается на меня.
Мысли о какой-то Кобре и её проклятии мгновенно выветриваются из головы.
— Стас… Я сказала Максиму, что ты лучший. Во всём… — делаю короткую паузу, собираясь с духом.
Боже, как же неловко. — И в постели тоже, — отчеканив, поднимаю на Черкасова глаза.
— Блядь… — резкий выдох.
Лицо Стаса становится мрачнее тучи.
Повторно выругавшись, он нервно проводит рукой по волосам.
— Прости, — шепчу я, отводя взгляд в сторону. — Я не знала, что ему сказать. Он бы меня не отпустил. Нам нужно было расстаться. Все от этого только выиграют.
Несколько секунд Черкасов молчит, явно пытаясь осмыслить ситуацию.
