— Ева Игоревна, спасибо вам за лекцию. Будем рады видеть вас снова, — раздаются возгласы студентов.
— Спасибо. Обещать не буду, — слегка улыбнувшись, провожаю взглядом последних «слушателей лекции», что выходят из аудитории.
Запрокинув голову, чувствую некое облегчение. Интересно сколько ещё таких лекций мне предстоит провести в этой группе? Если поинтересуюсь у Давида, то он может и не на шутку заинтересоваться этим вопросом. Чего стоит мое отрешенное состояние, когда я смотрела на «него».
— Эй, ты как? — открыв дверь, Давид сверлит меня стеклянным взглядом.
— А как же пресловутая «субординация»? Или это касается только меня? — прикрыв глаза, делаю шумных выдох.
— Как прошло боевое крещение? — все тем же нейтральным тоном интересуется он.
— Все хорошо. Было немного страшновато возвращаться к работе… кажется, я справилась, — слегка пожимаю плечами.
Давид подходит ко мне неспешной походкой, плавно приближаясь к моему столу. Его фигура сильно изменилась за прошедшие года. От былого мальчишки ничего не осталось.
Передо мной чужой мужчина, которого я когда-то любила. И эти чувства, больше всего напоминали братскую любовь.
Наклонившись, он нависает надо мной, доминируя. Снова всматривается в мое лицо, изучает его, царапает взглядом мои слегка приоткрытые губы.
— Ну почему ты не осталась в нашем родном городе… — не отрывая взгляда, касается костяшками пальцев моего лица.
В его интонации не звучит вопрос, там констатация факта. Он сожалеет о том, что согласился со мной работать? И дня не прошло, как он нарушил все собственные правила общения друг с другом.
— Давид… — говорю на выдохе.
Мы оба вздрагивает из-за резкого шума. Кто-то открыл дверь и решил резко захлопнуть, чтобы «привлечь» к себе внимание.
— У тебя ещё одна пара. После иди домой, — распрямившись, направляется к той самой двери, которая ввергла меня в транс своим хлопком.
— Это похоже на ненависть… я права?
— Я ненавидел тебя первые два года, потом отпустило, — роняет сухо, так и не оглянувшись назад.
Он бы непременно увидел слезы в моих глазах.
Никто не виноват, что в свое время я выбрала не его.
Утро выходного дня начинается с телефонного звонка от мамы. Беру трубку, потому что, так надо. Она мой родной человек. Даже, если сделала больно своими словами, когда нужна была поддержка.
— Дочь, привет! Как твои дела? — мамин голос сочится теплом и радостью.
— Привет, мам. Все хорошо. Вчера был первый рабочий день, — закусываю нижнюю губу и пинаю ногой невидимые пылинки.
