Да, в ее жизни не было ничего даже близко похожего на то, что происходит сейчас. Но это не повод превращаться в лужу соплей.
— Я могу его увидеть?
— Нет.
И снова не удалось справиться с собой, со своими эмоциями. Задрожал подбородок, и из горла вырвался вхлип. Почему ей нельзя видеть собственного мужа?! Вадим что-то скрывает, недоговаривает!
— Почему?!
— Гуля, послушай, — Вадим тяжело вздохнул. — Булат сейчас пока без сознания, он еще не отошел от наркоза. Включится, скорее всего, ближе к ночи. Смысл тебе здесь до ночи торчать? Да и вообще после наркоза… — Коновалов еще раз вздохнул.
— Не надо, Гуль. Правда.
Я вас уже слушала. Взрослых, умных, опытных. Один такой говорил, что все в порядке и все под контролем. И где он теперь?! И где я сама?!
— Вадим, можно, я приеду? Я понимаю, что к Булату нельзя. Но я хочу увидеть тебя. И поговорить. Можно? Пожалуйста.
Дома ей все равно нельзя. Дома она сойдет с ума. Ей надо быть как можно ближе к Булату. И, заодно, все-все точно узнать у Вадима. Все-все детали, до самой маленькой.
В глаза посмотреть, чтобы понять, что он ей все сказал и ни о чем не умолчал.
Коновалов в очередной раз вздохнул.
— Ладно. Приезжай. Я скину тебе сейчас адрес и свой номер. Приедешь — набери, спущусь. Обниму, поглажу по голове и скажу, что с твоим мужем все в порядке.
Гуля еще раз надавила на горло, чтобы не зареветь.
— Спасибо. То, что нужно.
***Она сама села за руль. Гульнаре это было надо — чем-то занять руки и голову, хотя бы в минимальной степени. Если бы она поехала на такси — мысли ее бы сожрали.
А так она от них периодически убегала в реальность, в других участников дорожного движения, в знаки светофоров, в разметку. Вот так же и Булат сегодня ехал…
Как же так?!
Но то, что она села за руль, все же помогло ей хоть как-то собраться с мыслями. И хотя бы в первом приближении как-то расставить все произошедшее по местам.
Итак, Булат попал в автомобильную аварию. Это, конечно, страшно. О деталях, о том, что бывает, когда сталкиваются машины, Гуля пока думать не могла, потому что снова накатывала тошнота.
Но важным было, что не случилось самого страшного. Ведь в автомобильных авариях люди могут и погибнуть. С Булатом такого не произошло, и это — самое главное. Он жив.
Дальше. Нога. Вадим сказал, что сделал все, что мог, но что это означает? И, возможно, там не только нога, но что-то еще, наверняка! Просто Вадим ей об этом не сказал. Может быть, потому что на фоне травмы ноги все остальное не так важно.
