Я для него Мышь — нелюбимая и нежеланная жена.Он для меня — настоящее, из которого я обязательно вырвусь!***Еще вчера Ярослав Борзов не мог меня выносить. Лучший боец миксфайта по прозвищу Ярый, одна только мысль, что его связал со мной долг, ломала ему душу, оголяя неприкрытую злость. Так что же изменилось сейчас?Неужели то, что он узнал, я прятала от него свои секреты?...
А постепенно я стала замечать с ее стороны, если не настоящую заботу, то явное внимание ко мне и особое отношение — уж не знаю, чем я смогла его заслужить.
Я не была капризной, ничего не просила, разве что продолжила учебу в университете. Закончила математический факультет с красным дипломом и нашла работу по своему выбору. Ей не на что было злиться в моем случае. Уж лучше на своего мужа, который привез меня к ней в дом, и у которого в прошлом были любовницы. Но с этим я помочь ей ничем не могла. Зная свою мать, не удивлена.
Как же я рада была однажды встретить своего солнечного Сашку!
Увы. Сегодня, в свои неполные двадцать четыре года я уже знала, что мир вокруг жесток, циничен и лжив. Что любовь существует, как редкость, в исключительном виде и не ко всем приходит. Что все остальное по сути стоит дешево, и что ничего не постоянно.
Ничего! Вот моя философия.
Я спустилась по широкой лестнице со второго этажа и направилась через высокий холл в левое крыло дома, где жила хозяйка. Возле двери ее кабинета остановилась, наткнувшись на знакомого мне охранника. Я уже давно замечала его в этом доме, он не раз сопровождал меня в поездках в город, и догадалась, что он у Корнеевых на особом счету.
Высокий, молодой мужчина лет тридцати, мрачный на вид, с тяжелым взглядом и каменным телом, он отталкивал от себя опасной силой, которая чувствовалась в нем, и чем-то еще, непонятным интересом, который я не могла разглядеть в его глазах.
Увидев меня, он и не подумал пошевелиться. Так и стоял перед дверью, рассматривая в упор, а я стояла перед ним, пока Ольга Борисовна не позвала:
— Входи, Марина.
И только тогда отошел.
Странный тип. Жуткий какой-то. Я предпочитала его не замечать.
— Добрый день, Ольга Борисовна. Звали? — обычно так начиналась каждая наша встреча, ничего не изменилось и сегодня.
Я вошла и остановилась. Мачеха, буду называть ее так, была не одна. Вместе с ней в кабинете находилась немолодая незнакомка — надо понимать, та самая портниха, о которой она упомянула. Обе женщины были увлечены разговором и стояли возле передвижного кронштейна для одежды, на котором висели платья — на первый взгляд не меньше дюжины.
— Да, звала, — Ольга Борисовна тонко улыбнулась — одними губами. — Подойди сюда, девочка.
