– Собственно говоря… – начал Гарретт.
– Просто это нужно выучить наизусть, вот и все, – перебила его Люси.
Кэсс прижала ладони к щекам.
– Выучить наизусть? О нет. Боюсь, я не смогу. – Она взяла список из рук Люси и пробежала глазами несколько первых строчек. – Люси, мне никогда не запомнить все это. И даже если бы я сумела, то постеснялась бы произнести такое вслух.
Гарретт бросил на Люси взгляд, в котором ясно читалось: «Я же тебе говорил».
– Теперь ты понимаешь? Тебе не удастся вложить свои слова в уста Кассандры.
Люси вырвала у Кассандры листок.
– Что здесь не так? – Люси откашлялась и зачитала первый пункт: – «Хотя я уверена, что найдется множество безмозглых дурочек, готовых пасть перед вами по малейшему мановению вашего герцогского пальца, я определенно не отношусь к их числу. Полагаю, я уже достаточно ясно дала это понять. И мне интересно, чему вас только учили в ваших военных школах, потому что, как оказалось, понимание правильной английской речи не входит в число ваших разнообразных талантов, каковы бы они ни были».
Гарретт устремил на Люси страдальческий взгляд.
– Честно? Я и вправду должен сказать, что с этим не так?
– Мне понравилось, – вмешалась Джейн, не отрывая глаз от книги. – Возможно, немного длинновато, но достаточно ясно.
Гарретт прищурил глаза и перевел взгляд на Джейн.
– Разумеется, вам понравилось. Если дать вам перо, вы бы, скорее всего, написали что-нибудь и похуже.
Джейн презрительно фыркнула.
– Похуже? Что вы хотите этим сказать?
– Я хочу сказать, что вам это понравилось единственно потому, что не понравилось мне.
Клянусь, если бы я сказал, что Земля круглая, вы стали бы утверждать, что она плоская, только лишь из противоречия мне, – ответил Гарретт.
– Вы слишком много на себя берете, Апплтон. У меня возникает вопрос…
Гарретт открыл было рот, но на этот раз его остановила Кэсс.
– Ох, Люси, ты же знаешь, что я не способна сказать такое герцогу. – Ее щеки запылали ярким румянцем.
– Почему нет? – удивилась Люси.
– Прежде всего, это ужасно грубо, – ответила Кэсс.
– Не говоря о том, что герцог ни за что не поверит, будто Кассандра сама такое выдумала, даже если она вызубрит все наизусть, – добавил Гарретт.
– И я знаю, что никогда не смогу все это запомнить. – Кэсс указала на бумагу."
"– Не понимаю, почему нет? – сказала Люси. – Просто представь себе, что это одна из наших любимых пьес. Вообрази, что ты актриса.
Глаза Кэсс широко раскрылись.
