— Ты, Суворов, ты! Ты не дал мне и слова сказать в свою защиту! Ты просто повернулся ко мне спиной, а потом и вовсе исчез за линией горизонта! И не вспоминал обо мне всё это время! А тут вдруг увидел и вспомнил о том, что мы не закончили разговор?! Да мы и не начинали его, Суворов! И не будем, ясно тебе?! Потому что я уже не хочу говорить с тобой, Суворов! Не хочу и не стану! Никто меня не заставит! Мне это не нужно! Мне без тебя уже оооочень давно намного лучше, чем с тобой!
— Катя, почти всё верно, кроме того, что я не вспоминал о тебе! — горячо возразил он, попытавшись вновь схватить её руки, но она не дала.
— Мне не надо было вспоминать, я и не забывал никогда! Всё это время у меня было чувство, что я состою только из оболочки! А сам я остался здесь, в этом городе, в который долго не мог вернуться! Но я вернулся за самим собой…и за тобой, Катя! Я отчаянно надеялся, что увижу тебя хоть когда-нибудь, пусть и считал, что ты в Европе!
— Вернулся, и поздравляю! Но я здесь не причём.
Кажется, так ты сказал однажды, — она словно потухла, заговорила тихо, щёки перестали пылать. — Я не стану продолжать разговор, Суворов! Отпусти меня и больше не преследуй. Не мешай мне спокойно жить!
— Уйти и не возвращаться? — тихо спросил он.
Его глаза тоже потухли, стали безжизненными.
— Да, — Катя твёрдо встретила его взгляд.
— Хорошо. Прости, — он начал поворачиваться и вдруг замер. — Один только вопрос, можно, Катя?
— Один можно.
Он посмотрел в её глаза, уже открыл было рот, но вдруг передумал.
Легко махнул рукой и быстро пошёл к своей машине. Через несколько секунд его и след простыл, будто не было.
Катя положила руку на прохладную дверь своей машины.
— Ты когда-то будешь бороться за меня, а? Хоть капельку? — тихо и отчаянно проговорила она. — Или только я за тебя, горе моё?! Ему сказали: «Уходи», а он сразу лапки сложил и сдался! Спросить хотел…явно о ребёнке, но так и не спросил! Струсил!
Она распахнула двери машины, устроилась за рулём, пристегнулась, игнорируя слёзы.
Она думала, у неё нет больше слёз! Думала, выплакала их все пятнадцать лет назад! Но они были, горячие и солёные, стекали по щекам и подбородку, капали. Не выдержав, Катя сложила руки на руле и уткнулась в них мокрым лицом. Плечи её вздрагивали всё сильнее.
Глава девятая
В пятницу Катя встала на полчаса раньше обычного и заказала билеты на самолёт. Она приняла решение.
