Ена вспомнила, как они встретились спустя годы: взрослые, упрямые, с язвительными языками. Они столько неприличных откровенностей, не стесняясь, друг другу наговорили, что нежность казалась пугающей и смущающей. Она видела, как Рокель судорожно в голове подбирает десятки фраз или вопросов, всё читалось на его лице, однако он продолжал молчать, не найдя подходящих фраз.
– Может, тогда спросишь?
Вопрос Ены заставил княжича встрепенуться. Он глядел на неё со знакомой очаровательной беззащитностью, словно не понял ни слова из её вопроса.
– Дашь ли ты мне выбор теперь, чтобы узнать наверняка, передумала ли я? – мягко пояснила Ена, сделав шаг ему навстречу. – Если же сам передумал, то скажи. Ты много грязи обо мне слышал и сам видел немало. Разумеется, я не отдавалась Злату за кольцо, он в тот вечер меня едва не задушил, но увиденного и сказанной тебе лжи мне уже не стереть.
Ене не хотелось напоминать Рокелю о своих грехах и то, как он застал её с Вихало. Ена сама бы хотела стереть каждое чужое прикосновение и поцелуи, которые ей пришлось испытать, но это было не в её силах.
С такими желаниями даже две присутствующие в доме богини не могли помочь.
– Я надеялся, что разлюбил тебя, – немного расслабившись, ответил Рокель. – Изо всех сил старался, поверь. – Усмешка вышла натянутой.
Ена верила, если все слухи были правдивы, то Рокель буквально пытался утопиться в чужой страсти и любви. Ену его попытки не обижали и не оскорбляли, в чём-то ей даже жаль, что ему не удалось, иначе сейчас он был бы счастливее.
"
"– Я годы убеждал себя, что ты не так уж и красива, не так уж добра, умна и ответственна. Уговаривал себя, что ты из моих воспоминаний в десятки раз лучше, чем ты в реальности, но мне хватило одного взгляда, чтобы осознать, что мои воспоминания были бледной тенью перед тобой настоящей. – Фразы Рокеля потекли мягче, спокойнее, словно ему наконец удалось собрать мысли в предложения.
Он приблизился, пока она замерла, боясь дышать.
Его слова напоминали лекарство, горькое, болезненное, но моментально приносящее облегчение.
– Я ненавидел твои выходки при дворе, потому что боялся, что однажды ты пострадаешь из-за своей смелости. С первого же мгновения, со своими распущенными волосами… – Ена не двинулась, когда рука Рокеля обхватила её косу. Он ласково провёл по всей длине, как нередко делал в детстве. И жест показался Ене естественным, как сама способность дышать.
