Автор
Я совершила ужасную ошибку.Будучи принцессой мафии, я знала, что моя судьба уже решена.Но не этого я хотела...Крейтон Кинг плохие новости с великолепной маской. Он тихий, молчаливый, и, очевидно, эмоционально недоступен. Тогда я подумала, что все кончено.Пока он не разбудил зверя внутри меня. Меня зовут Анника Волкова, и я — злейший враг Крейтона.Он не остановится, пока не сломает меня. Или я сломаю его....
Почему я никогда не думала об этом раньше? Ну, я думала, но не думала, что это что-то изменит.
То есть, пока мама не подтвердила это.
Папа не заставит меня выйти замуж против моей воли, но он будет более убедителен, если у меня действительно будет парень.
У меня его никогда не было. Конечно, я флиртовала и заводила как можно больше друзей, но никогда не делала этого официально. Это означало бы поставить бедного мальчика в прямой конфликт с папой, Джереми и их столь же безжалостными охранниками.
При одной мысли о хмуром лице Коли, старшего папиного охранника, меня бросает в дрожь.
Ой.
Но если это означает, что я выберусь из предначертанной мне жестокой судьбы, то, возможно, стоит попробовать.
— Анни? Ты все еще тут? — мамин голос выводит меня из раздумий.
— Да. Как дела?
— Не говори своему папе то, что ты только что сказала мне, а то он расстроится.
— Я расстроюсь из-за чего?
Мамино лицо озаряется широкой ухмылкой, когда он подходит к ней сзади, наклоняется и целует ее в макушку.
Обморок.
Я хочу такого мужчину, как папа. Да. Он груб со всеми, и не стоит встречаться с ним в темном переулке или даже средь бела дня, но он всегда относился к маме как к королеве.
Ангел его мира.
Человек, который заставляет его тьму уйти.
Он гладит ее по щеке.
— Я искал тебя, Леночка.
— Меня не было всего полчаса.
— Все равно слишком много времени.
— А, привет? Я здесь, ребята. Спасибо, что заметили.
Папа наконец-то смотрит на телефон, который мама держит в руках, и улыбается.
Плевать, что все говорят. Этим лохам из Нью-Йоркской Братвы конец, если бы не стратегический мозг папы.
— Аннушка, а там не поздно?
— Нет, и ты не даешь мне побыть наедине с мамой, папа. Серьезно, я ранена.
— Ты драматизируешь. Ты разговариваешь с ней уже полчаса.
— Но, папа!
— Спокойной ночи, Аннушка. Мы тебя любим.
Он берет телефон из рук мамы, и она смеется, а потом визжит, когда линия обрывается.
Отлично. Теперь я знаю, чем мои родители занимаются ночью.
Я плюхаюсь на кровать и смотрю на сверкающие фиолетовые предметы, свисающие с потолка.
В голове роятся самые разные мысли. Первая из них заключается в том, что мне нужно найти выход из своей судьбы.
Ладно, может быть, это не первая, потому что я не могу перестать думать о вчерашних словах Крейтона.
Насильственные наклонности.
Извращенные вкусы.
