Я очнулась на мягком травяном ковре под гигантским дубом. Пронзительно-синее небо расстилалось над головой, и я пыталась выяснить свое положение — почему здесь, среди цветущих лугов, а не в своей спальне. Светлое дневное светило сверкал на моей щеке, напоминая о странном сне, который превратил меня в незнакомку....
Похоже, «Право на счастье» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Но о девочке она ничего не успела выяснить.
Как только магам разрешили вступать в брак и обзаводиться потомством, Гарард уговорил друга забрать дочь и привезти ее в Сэйти Аэрэ. Дитя двух одаренных – мага и травницы – Эркина могла, при правильном обучении, со временем стать первой полноценной жрицей Верховной. Поэтому Териса уделяла ей особое внимание. Ей и Вионне, которой помогала подчинить доставшийся «по наследству» непростой и очень опасный дар очарования.
Бывшая наида Айара теперь почти всегда улыбалась.
Этот разговор произошел через два дня после моего незабываемого представления дваждырожденным. Приближался ритуал «обмена благословениями» – пора было выполнять данное повелителю обещание.
– Я не могу. – Неестественно прямая спина, лежавшие на коленях ладони крепко сцеплены… Вионна всеми силами старалась скрыть охватившую ее панику. – Просто не могу…
– Чего ты боишься? – Наш разговор продолжался уже не один час, и, честно говоря, я устала ее убеждать. – Айар не собирается обижать тебя или забирать с собой. Это всего лишь встреча. Неужели откажешь ему в такой малости?"
"– Ты не понимаешь, Кэти! – Вионна вскочила, не в силах больше сидеть на месте, и принялась нервно ходить по комнате, в отчаянии заламывая пальцы.
– Сколько ни беги, Ви, пропасть за спиной не уменьшится. Наоборот, будет лишь расти, с каждым днем становиться страшнее, глубже и… ближе.
Вионна зашла ко мне тем же вечером – серьезная, сосредоточенная – и сообщила о своем согласии.
– Я не могу и не хочу подводить ни Верховную, ни тебя, Кэти. Да и на бездну, пожалуй, стоит посмотреть повнимательней, вдруг она не такая… ужасная… – ее голос предательски дрогнул. – Но у меня есть одно условие…
Условие было неприятным. По крайней мере для меня.
