— Какой же ты упрямый! — толкает меня ладонью в затылок. — Поешь, я сказала! — строго.
— Только когда еду мне принесет кошка, — стою на своем.
Арина закатывает глаза на мою упертость. Ей некогда со мной возиться, приходится уйти. Поднос с аппетитным жарким в горшочке под хлебно — сырной шапкой, разноцветным овощным салатом и свежим хлебом так и стоит на моем столе. Желудок сообщает, что вполне был бы не против получить это все себе.
Беру в руки книгу, ложусь на кровать. Дам своему блохастому раздражителю еще минут десять на раздумье, а потом пойду требовать свой обед.
Конечно, кошка не пришла. Я бы удивился… Даже разочаровался, будь все так просто.
С тоской глянув на остывший обед, выхожу из комнаты, спускаюсь по лестнице, сворачиваю в сторону оливковой комнаты. Без стука открываю дверь. Соня сидит на мягком подоконнике, вытянув стройные ножки в белых носочках и уперев ступни в стену. В ушах наушники. Она смотрит во двор и тихо повторяет фразы на французском. Рыжая коса лежит на плече, всего несколько волнистых прядей падают на бледное лицо с контрастными розовыми губками.
Подхожу ближе. Встаю перед ней. Вздрагивает, поднимает на меня взгляд из-под пушистых ресниц. Солнце играет с цветом ее глаз, делая рыжие мазки в ее зеленых зрачках янтарными."
"— Что ты здесь делаешь? — спрашивает, вытащив один наушник.
— Tu me dois le déjeuner (Ты должна мне обед), — напоминаю ей. Нравится ей французский, я не прочь пообщаться на нем.
— Tu sais où est la cuisine (Ты знаешь, где кухня), — отшивает меня.
— Le chat a oublié ce qui est dans mon esclavage? (Кошка забыла, что находится в моем рабстве?)
— Il y a des biscuits sur la table de chevet. Prends-moi et laisse-moi tranquille. (На тумбочке есть печенье. Возьми и оставь меня в покое.) — снова пытается вставить наушник.
Выдергиваю его.
— Эй! — возмущается Соня.
— Не вежливо затыкать уши, когда с тобой разговаривают. Ты же в курсе, что голодный мужчина — злой мужчина? М, кошка?
— Où est ici l'homme? Je ne vois pas! (Где здесь мужчина? Не вижу!)
Упираюсь коленом в подоконник, наклоняюсь к кошке так близко, что чувствую ее дыхание с ароматом земляничной жвачки.
Зрачки в зеленых глазах становятся огромными. Завороженно смотрю, как весна превращается в ночь. Насыщенные, испуганные… Затягивает…
Мои губы приближаются к ее. Соня в ужасе задерживает дыхание…
— Je vais vous montrer maintenant (Сейчас покажу) — улыбаюсь, медленно наматывая на кулак ее рыжую косу.
Глава 12.
