Новый друг
София
Зажав рот ладошкой, с ужасом перечитываю последнюю строчку. Мама может остаться инвалидом. Это так страшно. В голове сразу кружится множество мыслей. Как она это переживет? Но я тут же переключаюсь на то, она жива. Вот просто жива, а с остальным мы обязательно справимся, лишь бы она в себя пришла, лишь бы… Все равно страшно. Так страшно, что внутренности опять скручивает спазмом.
Стараясь глубоко дышать, листаю статью еще ниже.
«… В крови погибшего в аварии мужчины был обнаружен алкоголь. Мы предполагаем, что скользкая дорога, плохая видимость из-за дождя и нетрезвый водитель в совокупности привели к этой трагедии…»
Что? Нетрезвый водитель?!
Меня душит возмущением.
Да он выпил всего одну малюсенькую порцию и хорошо поел. Он был абсолютно трезв! Что они такое несут?! А как же тот, второй, кто врезался в нас?
Листаю дальше и ничего не нахожу. Вообще никакой информации о другом автомобиле, будто его и не было. В ДТП обвиняют Владимира… Выходит так. Надо узнать! Ведь это неправда!
Выскакиваю из комнаты, стискивая в руке телефон.
В гостиной никого нет. Из столовой раздаются женские и мужские голоса. Адреналин прибавляет мне решительности. Влетаю в просторное помещение. Домашний персонал еще кружится вокруг стола, заканчивая приготовления к ужину. Двое мужчин, хозяин дома и его гость, общаются, сидя на диванчике у окна, а незнакомая мне женщина о чем-то говорит с Ариной.
Все взгляды тут же направляются на меня.
— София, что-то случилось? — поднимается со своего места Борислав Георгиевич.
— Мне нужно спросить… сейчас… пожалуйста… — говорю, стараясь быстрее отдышаться.
— Конечно, — кивает мужчина, — пойдем.
Извиняется перед гостями, выводит меня в гостиную. Подбирая слова, протягиваю ему телефон.
— Такие еще существуют? — улыбается он, разглядывая старый аппарат, на котором чудесным образом работает хоть какой-то интернет.
— Я нашла статью про нашу аварию, — включаю экран и показываю ему. Борислав Георгиевич забирает у меня телефон, несколько мгновений ориентируется, как листать страницу кнопками и вчитывается в текст.
— Почему они пишут, что Владимир был пьян? Это ведь неправда! Я была там! Они пишут, что он виноват. А как же второй? В нас ведь врезалась большая машина. Она ослепила фарами и потом был удар. Почему про него не написано? И это правда, что моя мама останется инвалидом? Что с ней?! — голос от нервов сам повышается на пару тонов.
— Я не знаю, кто писал эту статью, но обязательно разберусь.
