Да, гордая, и что? Если я собственность, так что, не имею права даже на гордость?
— Это плохо? — тихо обронила я, глядя в глаза младшему Морвейну.
Такие же, как у отца, глубокие, внимательные, изучающие, цвета вечернего летнего неба. И поза такая же, нога на ногу, локоть на ручке кресла, пальцы обхватили подбородок. Похожи, скорее, как старший и младший брат, а не отец с сыном. Красивые, чего кривить душой. Именно той породистой красотой, которую можно заметить на портретах знатных старинных родов. Не смазливые мордашки слащавых голливудских мальчиков, нет.
Квадратные, гладко выбритые подбородки, прямые носы, четкие линии бровей, скул, твердые губы. У Эрсанна чуть больше морщин в уголках глаз и рта, и мудрости во взгляде. В глазах Лореса пляшут хитринки и ироничные искры. Фигуры у обоих подтянутые, наверняка тренируются где-нибудь, форму поддерживают. Наверняка куча поклонниц, и я удивлена, что старший до сих пор не женат снова, да и младший в холостяках подзадержался.
Пожалуй, впервые за все мое пребывание здесь я всерьез сравнивала отца и сына и… оба по-своему хороши.
Зачем им совершенно обычная я? Спросить? А ответят ли?
— Смотря, для чего, — отозвался Эрсанн и резко сменил тему. — Неси смету вечера.
Фух, кажется, пронесло. Надеюсь, больше попыток поиграть в психологов не будет. Я поспешила выйти из библиотеки. Смета лежала в моем кабинете на первом этаже, рядом с моей комнаткой. Маленькая спальня с полуторной кроватью, шкафом и умывальной вполне отвечала моим скромным запросам об удобствах.
Водопровод тоже нормальный был, горячая и холодная вода текла из кранов, к моему облегчению. Так, где эта смета? Я раскопала заветный листочек, исчерканный и с исправлениями и пометками, и ужаснулась: это черновик. Я планировала завтра утром переписать и подать Эрсанну к завтраку. Черт. В моих каракулях только я и разбиралась… Морвейн-старший аккуратист, любит порядок, недаром горничные не любили убираться в его покоях — вдруг что не так? И на столе у него тоже всегда чисто.
Покосилась на художественный беспорядок у себя, вздохнула и нервно сглотнула. Делать нечего, придется предъявить, что есть. Буду по ходу дела объяснять, тем более меню еще не окончательно утверждено, с господином Дорбертом завтра еще обсудим.
Я вернулась обратно, надеясь, что после обсуждения сметы смогу наконец отдохнуть у себя. Морвейны так же сидели в креслах, только Лорес расстегнул еще несколько пуговиц на рубашке, да Эрсанн читал какую-то толстую книгу.
