В тревожную ночь на 178 судоремонтном заводе в Владивостоке двенадцать груженных контейнеров с новыми модулями «Тумана» вызывают у Армена Амосовича и его команды ощущение, что они на грани неизбежного. Алексей Тимохин, новый капитан корабля, вынужден столкнуться с необычайными трудностями в испытании «Тумана», чтобы спасти жизнь своего командира и русской военно-морской державы....
Только, сначала позвольте представить вам моих товарищей по общему делу?
Наместник устало кивнул. — Представляйте, господин Карпенко, но объяснения потом должны быть исчерпывающими.
Вперед шагнул высокий седоволосый офицер, затянутый в такой же, как и у Карпенко, мундир, причем Наместник нутром чувствовал, что мундир носили и его отец, и дед и прадед… порода, одним словом, — Ваше высокопревосходительство, — отдал он честь, — дозвольте представиться, капитан первого ранга, командир эсминца «Быстрый», Иванов Михаил Васильевич.
Офицер, командующий караулом, козырнул Наместнику, — Ваше высокопревосходительство, дозвольте представиться, командир роты морской пехоты, майор Новиков Александр Владимирович. В данный момент бойцы моей роты заканчивают ликвидацию остатков гарнизона японской маневровой базы на островах Эллиот. — майор кивком головы изобразил поклон — Честь имею!.
Из тени позади Карпенко вперед шагнул рослый мужчина в штатском, — Ваше высокопревосходительство, руководитель всего этого проекта Одинцов Павел Павлович, — Алексееву он чем-то неуловимо напомнил покойного Государя Александра Третьего, наверное, тот тоже выглядел бы так, если бы брил бороду.
Выдержав паузу, Одинцов произнес, — Ваше высокопревосходительство, и вы, господин капитан первого ранга, как старший по должности с принимающей стороны, прошу проследовать в корабельную кают-компанию, где вам будут даны исчерпывающие объяснения.
14 марта 1904 года 22–25 по местному времени. Окрестности маневровой базы японского флота на островах Эллиот.
— Прошу Вас, Ваше высокопревосходительство, располагайтесь! — широким жестом Карпенко пригласил Наместника войти, — И хоть в кают-компании есть свой господин, мой старший помощник, но он не будет в обиде, что я на некоторое время узурпировал его права. Как говорится: «в силу чрезвычайных обстоятельств…».
