Женя упирается губами в мой лоб и тихо произносит:
—Я себя уважать перестану, если позволю с тобой так себя вести, малыш. До дома же потерпим…
Я смотрю на дергающийся от каждого произнесенного слова кадык и сдавленно дышу, словно продираюсь сквозь дымку, выхватывая живительный кислород.
—У нас вся жизнь впереди, Свет, — он не пытается оправдаться, но поясняет, почему ""нет"".
И правда ведь, мы в общественном месте, но меня это мало останавливает. Наверное, ничто не сможет меня остановить сейчас.
Приподняв мое лицо за подбородок, мужчина с улыбкой на лице шепчет:
—Выглядишь расстроенной, теперь я чувствую себя мерзко.
—А не надо было отбирать у меня конфетку, раз уже однажды дал попробовать.
Мои слова производят на Женю впечатление. Он смеётся, отчего на лице появляются мелкие морщинки, в которые я тоже влюбилась.
В каждую складочку, залом, ""несовершенство"", для меня являющееся абсолютным превосходством во всем.
—Интересные метафоры. Не грузись, лады? — толкает меня на себя, и я тут же обхватываю мощную фигуру, упираясь лицом в грудь.
Дышу часто и много, стараясь напитаться этим чувством.
—Конечно, не буду.
Говорю я с показной уверенностью.
—Эй, Халтурщица, давай стрелять.
Он опускает меня на пол и разворачивает спиной к себе.
Мы начинаем сначала, и в этот раз я стараюсь не думать ни о чем, кроме как о выстреле в цель.
Ожидаемо, ни в первый раз, ни во второй у меня не получается хотя бы приблизительно попасть в табло.
—Ты забываешь, что нельзя дышать, когда стреляешь. Попробуй ещё раз.
Голос обволакивает меня, хоть и сквозь пелену звучит. Я замираю и стреляю, в этот раз даже не дергаясь от звука.
Попадаю в молоко, но это уже повод для гордости.
А у Жени…у него вся обойма ушла ровно в центр. Поразительная меткость, от которой волосы на затылке встают дыбом.
Я стреляю буквально несколько раз, а затем сажусь в уголочек и наблюдаю за тем, как Женя делает это намного более искусно, чем я. У него все выходит лучше и изящнее, в то время как я все ещё любитель, и все ещё боюсь оружия как черт ладана.
Видимо, заметив, что я как никогда тихая, он тихо спрашивает:
—Скучно, да? — с печальной улыбкой спрашивает мой Телохранитель."
"Уплываю вслед за морщинками, гармошкой собирающимися вокруг родных глаз.
Нормально, что я так сильно втрескалась в него? Нормально, что до боли в груди?
Мне кажется, что даже дышим мы синхронно. Я с ним в унисон.
—Нет, мне нравится за тобой наблюдать, — говорю и дрожу, чувствуя, как мурашки по телу гуляют.
