Обычная реакция сердечно-сосудистой системы человека. И давай потише говорить, пусть твои ребята отоспятся.
Группа спала «без задних ног», как любил говорить Буторин. Платов не стал будить оперативников, полагая, что довести основную важную информацию можно только до Шелестова. За время перелета до места он вполне может поделиться ею со своими товарищами. Да и на месте им придется изучать ситуацию, принимать решение самим. Из Москвы в такой сложной ситуации не накомандуешься.
— Через шесть часов ваша группа, Максим Андреевич, вылетает в Хабаровск, — задумчиво поглаживая пальцами бок металлического подстаканника, сказал Платов.
— Мне еще нужно закончить ваши дела здесь, в Горьком, и вернуться в Москву. Так что на весь инструктаж у меня не больше часа.
— Хабаровск? — Шелестов замер, не донеся стакана до рта. — На Дальнем Востоке активизировалась Япония? Вы ждете войны?
— Хуже, Максим Андреевич, — спокойно ответил Платов.
— Что же может быть хуже войны?
— Ожидание войны, — неопределенно пожав плечами, ответил Платов.
— Непонимание, когда она начнется. Ожидание первого удара, невозможность нанести первый удар самим, но знать, что враг его нанесет рано или поздно первым. Постоянная тревога от того, что, кажется, будто мы еще не все сделали, чтобы дать врагу отпор. Много чего хуже войны. Война — это всегда развязка событий. Но сколько всего предшествует ей, сколько сделано попыток отсрочить, избежать.
Сколько нервов и жизней положено ради этого. И ты так до конца и не знаешь, начнется она или нет. Увы, слишком много факторов играют роль, слишком много игроков имеются на международной арене, которые ищут свою выгоду и готовы подставить другого вместо себя. Часто войны начинаются не так, как мы предполагаем, часто они протекают не так, как мы планируем. Но война — это всегда битва ресурсов и битва за ресурсы. Один нападает, когда уверен, что у него хватит ресурсов победить, другой тянет, опасаясь, что их не хватит.
— Чего тянет Япония? — тут же спросил Шелестов.
— Японии может не хватить ресурсов. Ее в эту авантюру втянула Германия. Но перед этим аппетиты японского императора разогрела Британия, давая понять, что заинтересована в том, чтобы Дальний Восток отошел от Советского Союза. Германии было выгодно, что мы держим огромные силы на Дальнем Востоке, опасаемся войны на два фронта.
