Кажется, теперь у неё ещё и галлюцинации. Весь набор.
— А ты разве сейчас не умеешь летать? — Мари выглядит сейчас так мило, что я не могу сдержать улыбки. — Слышал, обычно, после такого кажется, что ты можешь абсолютно всё.
Шутка заставляет Рири хмуриться, а меня её насупленный вид — продолжать улыбаться, пока я помогаю ей выбраться из ванной.
— Ага, а ещё я могу прибить тебя, если ты меня доведёшь, и буду оправдана, — бурчит обиженно, смотря вниз.
Не могу сдержать смех, её угрозы сейчас звучат очень забавно.
Но вот что совсем не смешно, так это то, что она практически голая стоит передо мной и вода скатывается по её коже. Ну почему я не вода?
Хватаю второе полотенце и осторожно вытираю счастливую жидкость. Медленно и плавно… шея, руки… опускаюсь вниз… ноги… одна, вторая… Я готов делать это каждый день, пока не сойду с ума. Задеваю пальцами кожу, и она отзывается на мои прикосновения мурашками. Торопливо поднимаюсь на ноги, боясь своих собственных мыслей, и смотрю Мари в лицо.
— Ты похожа на клоуна убийцу, — по-доброму усмехаюсь и начинаю снимать остатки макияжа краем полотенца. Сердце сжимается от её красоты, таких я точно ещё не встречал, и вряд ли встречу уже.
— Райли, спасибо, я… — начинает Рири, но я не хочу слушать благодарности, потому что не заслужил.
— Рири, не нужно, — натягиваю на неё футболку, — всё хорошо.
Полотенце падает на пол, и я тяжело сглатываю. Нужно одеть её, и как можно скорее. Помогаю попасть Мари ручками в рукава и проверяю, достаточно ли длины моей футболки, чтобы все выглядело прилично, потому что моя сила воли уже на пороге и показывает средний палец.
Идеально. Мари выглядит, как… да даже слова такого нет. Если бы она была моей,… пересиливаю горечь невозможности… то ходила бы дома только в моей одежде или совсем без неё.
Дерьмо. Нужно срочно уложить её в постель, а самому принять холодный душ… очень холодный.
В голове мелькает мысль, принять ванну после Рири, не меняя воду… Ну точно извращенец, а я-то думал дальше некуда, оказывается, есть.
Пока несу Мари в спальню, мне кажется, что она все ещё дрожит, хоть и совсем немного. Опускаю девушку на кровать и накрываю одеялом, чтобы согреть.
Сейчас нужно дать ей лекарство от отравления, это должно облегчить последствия. Делаю шаг к двери и слышу жалобный вскрик.
— Не уходи!
— Я скоро вернусь, — говорю я, продолжая идти.
— Пожалуйста, Райли, мне страшно, — голос дрожит, будто Мари скачет по кочкам.
