— Идем на кухню.
Мамины глаза вспыхнули любопытством, на губах тут же появилась профессиональная улыбка, и она поспешила первой, чуть не дыша мне в затылок. Признаюсь, я едва малодушно не замедлила шаг, но дала себе мысленного пинка и шагнула в кухню, к своему месту между Лешей и Даней.
— О, — мама уставилась на моих гостей, высоко подняв брови, на лице мелькнуло легкое недоумение.
Данька тут же вышел вперед, изобразил галантный поклон и подхватил узкую мамину ладонь, коснувшись губами.
— Позвольте представиться, Даниил, — произнес он, проникновенно глянув на слегка оторопевшую маму.
— Встречаюсь с вашей дочерью, она очаровательна. Сразу видно, в кого пошла.
Ну… клоун блин. Целое представление разыграл. Я мысленно фыркнула, но вынуждена была согласиться: Даня выбрал самую правильную линию поведения с мамой. Она тут же оттаяла, снова улыбнулась, слегка кивнула ему.
— Очень приятно, молодой человек. Татьяна, — представилась мама, покосившись на Лешу — он тоже подошел и встал рядом.
— А вы друг? — уточнила она, и вот тут я затаила дыхание.
Да, может, с моей стороны малодушно предоставить парням все объяснять, но… В конце концов, они же мужчины, вот пусть и отдуваются. А я так, в сторонке скромно постою.
— Да, Алексей, — представился Лешка, пожал руку отцу, осторожно подержал тонкие пальчики мамы. И выдал. — Я тоже встречаюсь с вашей дочерью.
Надо отдать должное, папа повел себя достойно. Только откашлялся в кулак, хмыкнул и покачал головой, но ничего не сказал, задумчиво разглядывая нашу троицу.
Мама же, конечно, в своем репертуаре.
— Это… как? — растерянно переспросила она и строго посмотрела на меня. — Айрис? Как это понимать?
А я именно в этот момент, глядя на нее, поняла, что хоть и люблю ее, но ее мнение насчет моей личной жизни для меня уже не имеет такого значения. Я же давно взрослая, и не нуждаюсь ни в чьем одобрении своих поступков, только в собственном. И вольна поступать так, как считаю нужным и правильным. Поэтому, найдя ладони Лешки и Дани, сжала их и просто ответила:
— Вот так и понимай.
Мы втроем встречаемся. Это же честнее, чем бегать налево втихаря за спиной, да? — не удержалась от иронии, вспомнив мамины многочисленные сплетни из театра. — Как там у вас в богеме принято."
"Может, конечно, излишне жестко, но, черт возьми, мне надоело постоянно отстаивать свое мнение в спорах с мамой. Или она принимает все, как есть, или, к сожалению, мы будем общаться очень редко.
