И оттого было больнее понимать, что он выбрал другую. Что оставил Дарину и уехал. Тот, кто обещал всегда быть рядом и не оставлять, так просто вычеркнул ее из жизни. А она ждала, как дура ждала, сама не зная чего. Что он вернется? И что? Ответит ей на ее глупые, детские чувства. Нет, для нее они не были детскими и совершенно точно не были глупыми, но для Демы… Она ведь всего лишь любимая сестренка…
Он, конечно, потом звонил, только время уже прошло и Дарина не то чтобы говорить, она слышать о Демьяне ничего не хотела.
Родители, конечно, пытались привести ее в чувства, но не могла же Дарина открыто признаться им в чувствах к старшему брату. Да ее бы совершенно точно в психушку засунули.
Нет, это она, конечно, утрировала, но сам факт. Демьян был ей братом, пусть они не были кровными родственниками, но она росла с ним в одном доме, всю жизнь считая самым лучшим старшим братом. И кто же виноват, что в ее больной голове что-то изменилось, переклинило.
А впрочем, это уже не важно, как и то, что Дема вернулся.
Даря давно избавилась от своих больных чувств. Она выросла, повзрослела и сейчас у нее были здоровые отношения. А Дема…Дема — это лишь подростковая блажь. Именно это повторяла себе Дарина, стоя напротив брата и глядя ему в глаза.
— Зачем ты приехал? — наконец собравшись, девушка заговорила первой.
Она говорила холодно и сухо. Этому Даря от отца научилась. И лицо ее не выражало ни единой эмоции, пусть и горело все внутри. Демьян не заслуживал эмоций с ее стороны, он вообще ничего не заслуживал.
Пусть катится туда, откуда приехал. Дарина давно научилась жить без него.
— Совсем не рада меня видеть? — Демьян улыбнулся ей той самой улыбкой. Улыбкой, которая навсегда отпечаталась в памяти Дарины и от которой ей так и не удалось избавиться. Но это ничего.
— Не рада, — честно ответила Дарина. Приезд Демьяна вызывал в ней все что угодно, но только не радость. — Это все?
— Даря, — Демьян шагнул к ней, заставляя девушку пятиться в сторону комнаты.
Он даже не соизволил разуться!"
"Даря гневно глянула на ботинки Демьяна и на едва заметные следы, оставленные ими на темно-коричневом ламинате.
Дарина терпеть не могла грязь в доме, не переносила просто. В ее квартире всегда была идеальная чистота. Все сверкало и блестело, а вокруг не было ни пылинки.
— Ты вообще в своем уме? — прошипела Дарина, выставив перед собой руки. — В вашей Европе не принято снимать обувь? — съязвила не удержавшись.
Но кроме улыбки в ответ на свою колкость, ничего не получила.
