Дэвид просто давил, не сгибая рук, пока Маршалл пытался вырвать пистолет из его пальцев. Его колено нестерпимо болело, перед глазами все вспыхивало красным. Он с силой укусил Маршалла за запястье и откинулся назад. Хрустнул и сломался хрящ. Маршалл отшатнулся, и Дэвид высвободился.
Маршалл слепо шарил вокруг себя, стараясь схватить его, но было уже поздно. Дэвид направил на него пистолет.
– Ты настоящий глупец.
Маршалл поднял руки. Из носа лилась кровь, красно-коричневая в тусклом освещении.
– Стой, подожди…
– Я всего лишь хотел, – Дэвид тяжело дышал, горло перехватывало от слез, – я всего лишь хотел быть с Джулианом.
Почему всем так сложно это понять?
– Это так не работает, Дэвид, – произнес Маршалл. – А теперь опусти пистолет, и мы все обсудим.
– Правда, Маршалл? Обсудим? Мне не показалось, что ты планировал что-то обсуждать, когда бил меня кулаком по лицу. На самом деле вспоминается слово «рад», – фыркнул он. – Я не хочу этого делать. Однако у меня нет выбора. Натали сделала это с тобой, Маршалл.
Это все ее вина. Надеюсь, ты это понимаешь.
– Дэвид, стой… не надо…
Руки мужчины сильно тряслись, казалось, пистолет весит сотню фунтов. «Нет! Я не такой!» Хотя какой у него выбор? Никакого. Он взвел курок.
Маршалл расправил плечи.
– Джулиан не сможет полюбить убийцу.
Дэвид резко пожал плечами, по его лицу текли слезы.
– А кто ему расскажет?
И он нажал на курок.
* * *Джулиан несся на взятой напрокат машине, «Мерседесе SLK350», от аэропорта Сан-Франциско в город, не переставая проклинать имя Дэвида и бормоча под нос цветистые угрозы.
Лучше так, чем думать, что может произойти или уже происходит с Натали.
Все вставало на свои места. Он еще не видел всю картину целиком, но понял достаточно. «Пропавшие деньги. Очевидно, все из-за них. Натали знала, что Дэвид проворачивает какие-то темные делишки. Она говорила, а я его отпустил». Мысль о том, чего эта ошибка будет стоить ему или Натали, казалась чересчур страшной, чтобы сейчас раздумывать над ней.
Его проклятия стали громче и креативнее, когда он встал на светофоре на Девятнадцатой авеню. Джулиан прибыл в кофейню чуть позже шести, припарковал машину во втором ряду и понесся к кованым железным воротам. Несколько раз нажимал на домофон. Никакого ответа.
«Работа. Она на работе. Ей лучше, и она на работе. Или в университете. Ты переживаешь из-за мелочей», – убеждал он себя.
Однако у Натали не было вечерних занятий, а за стойкой стоял Нико.
