Автор
Пятнадцать дней — вот сколько выстояло поселение из десятков миллионов человек, когда свет вырубили. Успехом всё это считают жителями только до тех пор, пока они не осознают, насколько быстро город трансформируется в арену битвы за жизнь и силы. В каждой двери — инстинкт самосохранения, каждое движение соседа — риск биться с другими за остатки необходимых ресурсов. Осталось ли время на планомерное изгнание, или уже слишком поздно задумываться о спасении?...
Уверен, я как раз осознаю всю глубину мучений нашего славного города без могучих ездовых и тягловых животных. И это будет ещё до второй смерти. А что мэр сделает в третий раз — даже боюсь представить.
Впрочем, страшнее всего будет, если он об этом расскажет всему Алтарному… Тогда я буду проклят навечно каждым из наших горожан. И никакой жалости! Мне тогда в Алтарном лучше вообще не появляться…
А ведь как всё хорошо начиналось! Мы же просто решили пострелять по японцам, которые грабили каких-то бедолаг на берегу реки.
Глава 4
Однозначно переговоры!
Дневник Листова И. А.
Триста одиннадцатый день. Как прогнать тысячу японцев, не вызывая подмогу?
Жаль только, японцы никуда не делись. Как сидели на том берегу, так никуда и не ушли. Разве что высовываться лишний раз не хотели. И даже потеря командира не заставила их сменить планы. Видимо, уходить без репараций — читай, наглого грабежа — очень уж не хотелось. Зря, что ли, опять Мураямой рисковали?
Естественно, пока они не свалят в закат, ни о каких переговорах с пришлыми ребятами и речи не шло.
На наше счастье, в отряде были и винтовки, и меткие стрелки. Дунай, Кэт и Пилигрим заняли позиции вдоль берега, начав отстреливать особо наглых противников, решивших, что река достаточно широка, чтобы по ним не попали.
Вскоре умных и наглых стало на пару десятков меньше. А остальные японцы засели в своих укрытиях, и носа наружу не показывая. Мы же разбили лагерь в паре километров от реки, оставив там новичков.
— А зачем нам так тщательно прятаться? — уточнил я у Костромы, которая и отдала этот приказ.
— Они ведь пока не знают, сколько нас! — пояснила валькирия. — Да, у нас не слишком много огнестрельного оружия, но его и так везде мало. А своих арбалетчиков мы так и не засветили. Поэтому японцы вынуждены предполагать, что нас много. Понимаешь? Если бы они знали, что нас всего несколько десятков — уже преодолели бы брод, чтобы атаковать.
Хм… Некий резон в словах Костромы имелся. Но мне никак не давала покоя мысль, что японцы тоже не дураки. И не станут вечно сидеть в укрытиях. И этой разумной мыслью я щедро поделился с девушкой:
— А тебе не кажется, что рано или поздно они всё равно… Ну того-этого?.."
"— Само собой, попытаются! — уловила мои опасения Кострома. — Я тебе даже больше скажу! Я точно знаю, когда они, как ты выражаешься, того-этого.
