Весна зацвела в полную силу: подснежники и мать-и-мачеха расцвели на проталинах лесного края, а пчелы нежно трепеща ползли по цветкам. Утро клонилось к закату, и яркое солнце оставило последние лучи на листве вековых деревьев, окружив их нежной золотой рамкой. Здесь, в глубине этого живого дыхания леса, ждет чудо или же вопрос, которого вы так долго ждали от Бабы-яги?...
И где только Сенька ошивается? Вот всегда так – когда он нужен, никогда его под боком не бывает.
Будто подслушав мои мысли, из груды подушек высунулась заспанная белая морда.
– Ты чего столько грохоту устроила? – зевая и потягиваясь, спросил кот. – Никакого покою от тебя нет. Только задремал сладко.
– А тебе бы все спать… – проворчала я, отлипая от двери и плюхаясь рядом с котом на кровать.
– Дай понежиться-то, – проворковал кот, снова зарываясь в подушки. – Когда еще доведется. Жизнь – она штука непредсказуемая.
– Тебя на философию потянуло? – изумилась я.
– А тебе больше по душе лирика?
Вот только лирики мне сейчас и не хватает для полноты ощущений."
"– А чего ты такая кислая-то? – спросил Сенька, наконец замечая мой расстроенный вид. – Случилось чего?
– Да нет, – не зная, стоит ли ему говорить о женитьбе Александра или нет, ответила я. – Устала просто, наверное.
– Ага, – не поверил мне лохматый друг, – ты еще скажи, поганочки на свадебном столе несвежие попались, оттого и цвет лица слегка зеленцой отдает.
– Да ну тебя, – невесело улыбнулась я и принялась общипывать злополучный букет. Странно, что я его еще не выбросила.
Причем я так увлеклась, что не заметила, как передо мной выросла целая горка измельченной травы, годной разве только для развеивания по ветру. Это нехитрое и не совсем интеллектуальное занятие помогло мне немного прийти в себя, и теперь в душе вместо «очень плохо» было «просто отвратительно», а еще я начала злиться.
Когда я ободрала букет почти наполовину, Сенька, наблюдавший за уничтожением свадебного гербария, не выдержал и, вздыхая, вылез из подушек.
– Ну и что мы над цветочками издеваемся? – спросил он, внимательно ко мне присматриваясь.
– Общипываю помаленьку, – сквозь зубы ответила я.
– Что случилось? – не отставал кот.
– Ничего.
– Зачем обманываешь лучшего мужчину своей жизни, белого и пушистого?
Я с особенной злостью дернула несговорчивый бутон и искрошила в считаные секунды. Цветочная кучка у моих ног постепенно росла. Следующая травинка оказалась менее податливой.
– Ну и черт с тобой! – зло обругала я ее и схватилась за другую.
– Алена, да что с тобой? – забеспокоился Сенька.
– Князь женится, – нехотя призналась я.
– Ну и что? – не понял меня кот.
– Вот и я о том же.
