Автор
В свете зажженного ночника выглядит он не так коварно, как кажется на деле — смутные от стакана глаза и легкая улыбка скрывают тайну. Но это лишь начало непредсказуемой истории о взломах границ между сознанием и физическим телом, где каждое слово может стать проклятием или благословением....
Придушу!
– Идиот, – она гордо подняла подбородок и быстро пошла к двери. – Я тебе предложила реальную возможность убить двух, а то и трех зайцев одновременно, а ты…
Стал подниматься с постели, чтобы вышвырнуть ее, но Лана выскочила сама, вякнув напоследок:
– Сами напросились!
– Ну-ну, – усмехнулся уже в пустой комнате и рухнул обратно на кровать. – Что же ты сделаешь, интересно? Ну не стоит у него на тебя, смирилась бы уже.
Дожил. Сам с собой разговариваю.
В попытках заснуть провалялся еще часа два, затем плюнул на это бесполезное занятие.
Уперев палец в дверной звонок, стою и не отпускаю. Да, я вредная сволочь! Особенно после бессонной ночи, да еще и с похмелья. Сонная, растрепанная Тая в беспорядочно запахнутом халате открыла мне дверь. В глазах столько удивления, что аж неудобно стало.
– Помешал? – рассматриваю красивую девушку с головы до ног и обратно.
– Тай, кому там не спится?! – слышу возмущенный вопль друга.
– Ну, я вижу ты его вылечила, – довольно улыбаюсь и разворачиваюсь, чтобы уйти.
– Стэфан? – удивленный вопрос от Германа.
– Да я, я. Решил узнать, не сдох ли ты тут еще. Вижу, – оценил друга с побитой мордой и простыней на бедрах. – Не сдох. Рад за вас, – собрался все же уйти. Не хочется мешать.
– Заходи, – тихо говорит Тая, отступая от двери.
– Уверена?
Кивает.
– Ну ладно. Угостите кофе. Пожалуйста.
Хозяйка квартиры убежала на кухню, а Гер по-хозяйски провел меня в гостиную.
– Рассказывай."
"– Да нечего рассказывать, Стэф. Заебало. Это была последняя капля. У меня два треснутых ребра, сломан нос и легкое сотрясение.
– Прекрати, – красивая хрупкая девушка обняла его за шею. – Все будет хорошо.
– Да что будет хорошо, Тай?! Кому я теперь нужен? Отец перекрыл все счета, кроме одного, о котором он даже не подозревает, но там денег, Стэф, не так чтобы много.
