История о женщине, которая потеряла веру в себя и считает себя неполноценной, и мужчине, готовом доказать ей обратное. Между ними вспыхивает страстный конфликт, где каждый борется со своими страхами и сомнениями. Смогут ли они найти друг в друге поддержку и научиться верить в возможность...
Раздел Chitat.online для книги «А может, я умею?» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История о женщине, которая потеряла веру в себя и считает себя неполноценной, и мужчине, готовом доказать ей обратное. Между ними вспыхивает страстный конфликт, где каждый борется со своими страхами и сомнениями. Смогут ли они найти друг в друге поддержку и научиться верить в возможность...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История о женщине, которая потеряла веру в себя и считает себя неполноценной, и мужчине, готовом доказать ей обратное. Между ними вспыхивает страстный конфликт, где каждый борется со своими страхами и сомнениями. Смогут ли они найти друг в друге поддержку и научиться верить в возможность...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Запнулся о стул, звякнул валяющейся на полу ложкой, вписался плечом в дверной косяк — и хлопнул дверью. Не со зла, просто, похоже, свои действия он не до конца контролировал. Ирина встала, прошла к входной двери, открыла и выглянула за нее. Георгий стоял у лифта, опершись о стену ладонью. Двери лифта бесшумно раздвинулись.
— Кыш! — не оборачиваясь, произнес Георгий. — И дверь закрой на замок.
Ира показала язык закрывшимся дверям лифта.
Глава 3. Нормально, Григорий? Отлично, Константин! Хо-ро-шо сидим!
1
— Что с тобой делать, ума не приложу…
Ирина повернула голову. Георгий стоял в позе, которая, кажется, к нему уже прикипела — привалившись плечом к косяку. Распахнутый плащ, под ним — костюм, галстук, белоснежная рубашка. Ничего в нем не выдавало двухдневной давности всклокоченного человека в заляпанных кремом штанах.
— Цветы я тебе уже дарил, — продолжил свою мысль Георгий. — Торт — тоже. И даже посудой одарил любезно. Чем теперь заглаживать вину — просто не знаю.
— А можно со мной ничего не делать? — предложила Ирина. — Мне ничего не нужно, правда. Полпирога я вам, так и быть, прощу.
— Я себе их не прощу, — Георгий прошел в каморку и по традиции без приглашения сел на стул напротив Иры. — Любой ресторан и любой день на твой выбор.
Ира не сразу поняла, о чем он говорит. А потом откинулась на стуле и скрестила руки на груди.
— Любой?
— Любой, — подтвердил Георгий.
— Ресторан Эйфелевой башни. Сегодня.
— Это чуть сложнее, — качнул он головой. — Но теоретически…
— Ладно уж. Я сама тебя туда отведу! — Ира встала. — Только переоденься.
— А эта одежда чем плоха? — Георгий выглядел удивленным — но совсем чуть-чуть. Так, легкое любопытство скорее.
— Что-нибудь попроще, мы не на прием к королеве идем, — Ира искренне наслаждалась своей импровизацией. Своей ведущей ролью. И реакцией Георгия. Он, кажется, и в самом деле, легко ввязывается в сомнительные авантюры, несмотря на всю свою прекрасную деловую репутацию. — Куртка, джинсы, кроссовки. Я зайду за тобой через пятнадцать минут.
— Какая прелесть, — вздохнул Георгий. — Как романтично. Презервативы с собой брать?
— Если они числятся среди твоих любимых столовых приборов — бери.
***И не то, чтобы ему в самом деле было так уж стыдно. И не так уж сильно он накуролесил. Ну, подумаешь, в чужой квартире уснул. Бывало и похлеще. Но что-то по-прежнему не давало ему раз за разом спокойно проходить мимо окошка консьержки.
Ирина действительно ждала за дверью его квартиры. Хотя Гоша управился быстрее, чем в пятнадцать минут.
Девушка оглядела его придирчиво и вынесла вердикт:
— Годится. Пойдем!
Однако они пошли не к лифту, как ожидал Георгий. А к лестнице.
К двенадцатому этажу Георгий запыхался. Но ни спрашивать, ни жаловаться не стал.
