История о женщине, которая потеряла веру в себя и считает себя неполноценной, и мужчине, готовом доказать ей обратное. Между ними вспыхивает страстный конфликт, где каждый борется со своими страхами и сомнениями. Смогут ли они найти друг в друге поддержку и научиться верить в возможность...
Раздел Chitat.online для книги «А может, я умею?» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
История о женщине, которая потеряла веру в себя и считает себя неполноценной, и мужчине, готовом доказать ей обратное. Между ними вспыхивает страстный конфликт, где каждый борется со своими страхами и сомнениями. Смогут ли они найти друг в друге поддержку и научиться верить в возможность...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
История о женщине, которая потеряла веру в себя и считает себя неполноценной, и мужчине, готовом доказать ей обратное. Между ними вспыхивает страстный конфликт, где каждый борется со своими страхами и сомнениями. Смогут ли они найти друг в друге поддержку и научиться верить в возможность...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А вот то, что это происки одной конкретной пьяной, судя по красному носу, дворничихи — очень вероятно! Надо будет зайти к консьержке, посмотреть записи с камеры. И, успокоенный этой мыслью, Георгий сел в машину.
***— Здравствуйте, — Георгий стукнул в стекло, привлекая к себе внимание консьержки — женщины в серой безразмерной вязаной кофте, больших очках и неряшливо забранными ободком темными волосами. — Я к вам зайду?
Она еще хмуро смотрела на него, но Георгий уже обойдя сбоку будочку консьержки, открыл дверь.
— Я хочу посмотреть записи с камер, — сразу перешел к делу Георгий. — У меня царапина на бампере, я подозреваю, что это наша пьянчужка-дворничиха приложила к этому руку. Или, — он поморщился, — лопату.
Консьержка поправила сползшие на нос очки.
— Во-первых, я совершенно не пью. Во-вторых, я же вам сказала, что вашу машину и пальцем не тронула.
На то, чтобы осознать, что дворничиха и консьержка — один и тот же человек, у Георгия, который по праву гордился своими весьма шустрыми мозгами, ушло непозволительно много времени. А потом он буквально впился в женщину взглядом.
— Так это были… вы?! Утром?
Она не ответила. Резко отвернулась к столу.
— Хотите записи с камер — пожалуйста.
Георгию ничего не оставалось, как наблюдать за тем, как женщина удивительно ловко управляется с программой для работы с камерами наблюдения.
— Вот. Смотрите, сегодняшнее утро. Вот. Смотрите! Вы же хотели!
Ему пришлось подойти и смотреть в монитор. Вот дворничиха проходит мимо его машины, поскальзывается, падает. Падает совершенно с другой стороны, да еще и около капота. Лопата летит вообще прочь от машины, а при падении ногой женщина задевает колесо. Ногой! Колесо!
— Ну?! Убедились?
Георгий медленно кивнул. И смотрел, как на экране появляется он сам. Ну и рожа. Лицо перекошено от злости. Неужели он правда такой урод, когда злится?
Георгий ощутил укол стыда. Не очень понимая, за что. Ну, то есть, за то, что человеку не поверил, конечно, но… и нос этот ее красный, и царапина… А человек просто упал рядом с его машиной. И шлепнулась она, кстати, сильно.
— Вы не ударились? — неожиданно спросил он.
— Нет. Лед — он мягкий, знаете ли.
Обиделась. Какая у них, оказывается, дворничиха, она же консьержка, обидчивая."
"— Спасибо за информацию, — буркнул Георгий и вышел из каморки. Не консьержка, а Дуся многостаночница какая-то.
***Был уже поздний вечер, когда Георгий припарковал машину у кондитерской. Ярко освещенная витрина выглядела очень праздничной. И пахло, пахло даже на улице тоже очень празднично — свежей выпечкой.
Помянув тихим незлым словом старшего брата, Георгий потянул на себя дверь кондитерской, а через десять минут вышел из нее. В руке у него был торт с замысловатым названием «Баноффи».
