В Воркуте живет тяжело пожилая женщина с гитарой, и без нее жизнь кажется совсем несвежей. Сегодняшний день начался на «ура», но уже через несколько минут выходит из строя мобильник, а потом брелок сигнализации — и в кармане раздается сигнал тревоги.
Однако Ганька не дал любимому дяде закиснуть на этой мысли, И потом, после ужина и чая, были еще сбор паззлов, катание машин и паровоза, вечернее кормление Хана, просмотр мультика и чтение книжки на ночь. За чтением Гоша сам чуть не уснул, спасла его Люся.
Потом они торопливо — час был уже поздний — прощались у дверей, Лютик наказывала быть осторожней за рулем, Гришка — чтобы приезжал чаще. Хан на прощание облизнул руку, и вот синяя «ауди» неспешно выкатила за ворота, мигнув на прощание алыми стоп-сигналами.
***Коморка консьержки была пустой. За стеклом не горел свет. Гоша остановился.
Это могло ничего не значить. Мало ли какие дела у Ирины. Она не сидит тут как привязанная каждый день. Но он, вместо того, чтобы пройти к лифту, прошел до двери ее квартиры в углу.
Даже здесь, в подъезде, было отчетливо слышно, как заливается трелью звонок, но дверь Гоше не открыли. Так.
Стараясь сохранять спокойствие, он вытащил из кармана брюк телефон. Звонки ушли в пустоту. Сообщения — тоже. В бездонную черную дыру все ухнуло.
Туда же, куда и его сердце. Необъяснимо, предчувствием чего-то… На хрен предчувствия! Глупости это все."
"Гоша решительно развернулся и все-таки пошел к лифту. Сейчас придет домой, снимет костюм, примет душ, выпьет стакан холодной воды и… и позвонит в управляющую компанию и спросит, куда они нашу консьержку дели! Нет, сразу позвонит! Вот прямо сейчас — у него же был их номер где-то.
Странно, что, поглощенный розысками в списке контактов: ну как он еще мог назвать этих из управляющей компании?! — Гоша все же обратил внимание, что что-то не так.
Но теперь было что-то не так.
Гоша поднял взгляд от экрана смартфона. Перед глазами была дверь. В его квартиру дверь — абсолютно такая же, как и всегда. Гоша снова опустил взгляд, но в этот раз не на телефон, а себе под ноги.
Гоша постучал подошвой туфли по коврику. Так и есть. Там, под ковриком, что-то было. И на этом чем-то Гоша и стоял.
Он отступил назад, присел и решительно откинул в сторону половину коврика. На серой плитке лежал ключ.
Георгий выпрямился и какое-то время смотрел на ключ, лежащий на его ладони. Простой, тускло-серого металла.
Гоша знал, какую дверь открывает этот ключ. И это знание ему не нравилось. Он обернулся и шагнул к лифту.
