В Воркуте живет тяжело пожилая женщина с гитарой, и без нее жизнь кажется совсем несвежей. Сегодняшний день начался на «ура», но уже через несколько минут выходит из строя мобильник, а потом брелок сигнализации — и в кармане раздается сигнал тревоги.
У них с Мишей будет ребенок.
Оказалось, что так думает только Ирина.
— Ира, тебе сейчас нельзя рожать! — тон Ольги Петровны был ультимативным. — У тебя только интернатура за плечами, Мише надо готовиться к защите кандидатской. Вам ребенок сейчас совершенно ни к чему.
— Но как же… Ольга Петровна… Ведь он уже есть… — Ира была настолько ошарашена словами свекрови, что лепетала словно девочка. Впрочем, в присутствии Ольги Петровны она так и продолжала слегка тушеваться."
"— Никакого ребенка нет, — спокойно возразила Ольга Петровна.
Ирина не понимала. Как можно говорить о ребенке, что его нет. Будь ты хоть медик, хоть кто. Не понимала, почему ее муж большей частью отмачивается, а если и говорит — то о том, что мама в принципе права, и сейчас не время, они же не планировали.
Сначала Ира была уверена, что это пройдет. Что они одумаются оба — и Ольга Петровна, и Михаил. Но этого не произошло.
— Ира, ты чего ждешь? — голос Ольги Петровны звучит резко.
— Какие сроки? — Ира непонимающе уставилась на свекровь.
— Для аборта.
Ольга Петровна шутит? Ирина поймала взгляд свекрови. Нет. Не шутит.
И тут Иру прорвало. И она разрыдалась. Ирина не была плаксой, плакала редко и неумело. Но сейчас рвалось из груди, в горле булькало, не давало дышать.
— Как вы можете… это же ваш внук… нельзя же так…
Ольга Петровна присела рядом, Ирина почувствовала на своей спине ее руку — и это руку хотелось скинуть.
— Ира, ну прекрати, что ты как маленькая. Нет никакого ребенка, это всего лишь эмбрион, — повторяла Ольга Петровна когда-то сказанные уже слова. — Маленький. Пока маленький. Если ты не будешь с этим затягивать.
— Я не… не… не хочу делать аборт! — захлебывалась слезами Ира.
— Ну чего ты боишься, дурочка? — Ольга Петровна говорила спокойно, уверенно. — Я все сделаю сама, ты ничего не почувствуешь. Все будет нормально.
Нормально? Как это может быть нормально?!
— А как же… я… а если… — слова выходили бессвязными.
— Ты молодая, родишь еще, — голос Ольги Петровны стал строже. — На, выпей водички.
Да какая ту водичка….
Окончательно подкосило Ирину то, что Миша целиком и полностью встал на сторону матери. И аргументы были те же, что у нее. Только Миша напирал сильнее на то, что любит ее и не хочет, чтобы Ира в самом начале портила себе карьеру.
