В мире где каждое мгновение важно как зерно солнца, выросло молодежное сердце Санека. Зная, что спешка — враг всего на земле, он стремится стать мастаком быстроты и точности в своих действиях. Каждый шаг приближается его к мастерству "ведьмата" в мире быстрых действий и тонкой проработки времени....
Или ты думаешь, у них всех нос крючком, бородавки на щеках и кулинарная книга по приготовлению Ивашек под мышкой? Вот такие они теперь. Одеваются в бутиках, пользуются хорошим парфюмом, посещают стилистов. Сериалы смотрят.
— Офигеть. — Он глубоко вздохнул, и сполз по стене на пол. — Но зато это много объясняет. Я всегда за своей бывшей женой неладное подозревал. Думал — мерещится, а оказалось — интуиция. Слушай, у нас коньяк остался? Или мы весь допили?
На наше счастье, на дне еще плескалось немного янтарной жидкости, употребив которую, мы немедленно взялись за тряпку, веник и совок.
Если бы не «ксива» и умение моего приятеля вести беседы с себе подобными, точно рассвет в «обезьяннике» пришлось бы встречать. А так они походили по квартире, заглянули на балкон и в кухню, с некоторым недоверием осмотрели метки когтей на полу (стену мы прикрыли креслом) и, наконец, ушли.
Зато следом за ними примчался хмурый и осунувшийся Нифонтов, которого вызвонил я. После нашего достаточно сумбурного рассказа он помрачнел еще больше.
— Если бы не эта «пукалка» — кранты, — в очередной раз произнес Стас и погладил маленький револьвер, который, как оказалось, он всегда носил на ноге, в специальной кобуре, и не снял перед тем, как уснул. — Правильно я его тогда в вещдоки не сдал! Правда, теперь придется утопить. Я той стерве два раза в брюхо пальнул, с такими ранениями она долго не протянет.
— Забей, — посоветовал ему Николай. — Поверь, она нас с тобой переживет, и без всяких врачей. Вот вторая — не факт, не факт. Сашкин ножик для их племени куда страшнее, чем твоя игрушка. Говоришь, в бок ее ударил?
— Два раза, — подтвердил я. — Почти на полную длину нож вошел, до кишок достал.
— Значит, жизни ей до сегодняшнего заката осталось, — подытожил оперативник.
— Я не нападал, я защищался. Все по правилам было. И вообще непонятно, чего они на нас набросились!
— Это-то как раз и не тайна. — Николай взял пустую бутылку, тряхнул ее, и с сожалением поставил обратно на стол. — Паззл потихоньку начинает сходиться, парни, вот только радостным данное утверждение назвать сложно.
— Хотелось бы подробностей, — попросил Стас.
